Пока еще было время, Гудей пошёл к себе в комнату. Сменил тунику, грязную бросил на пол. Допил теплое вино. Сел на соломенный топчан. Он еще на нем и не спал, вдоволь. Оглядел каменные стены. "И не обжился совсем". В главном зале, свалены горы добытого у индов барахла, где можно набрать необходимую утварь. "Потом" – мысленно отмахнулся шакин.
Вино расслабило, снимая напряжение последних дней, Гудей откинулся на соломенный топчан, и прикрыл глаза. Он и не заметил, как заснул. Разбудило его осторожное потряхивание за плечо.
– Шакин войско готово.
– Хорошо советник, я тут немного подремал. – Гудей смутился своей слабости.
– Минули сутки шакин. Я не будил, пока шёл отбор и снаряжение армии. – Увидев строгий взгляд Гудея, быстро добавил. – А потом Высшая запретила и сама распорядилась насчет платформ.
Услышав о Сарпаните, Гудей расслабился. В конце концов, все они под властью Анунаков.
– Три тысячи, надо на чем-то перевозить. – Советник Реш по-стариковски заботлив и предусмотрителен. – Еще и обеспечение.
– Хорошо. – Гудей со сна еще плохо соображал. "Сутки сна. Хорошо. Теперь меня на месяц хватит". – Пора лететь.
– Всё готово для похода шакин. – Советник склонился. – И я принес поесть.
На столике лежал кусок свежего, козьего сыра, и обжаренное на открытом огне, мясо птицы. А еще рисовые лепешки и местные фрукты. Гудей все съел за раз. Запил молодым вином.
Большинство продовольствия из захваченных городов индов. Рабы еще на местах, указали, на тайные житницы. Половину ночи переправляли, на платформах, глиняные чаны с рисом. Запечатанные кувшины с вином и уксусом. Домашний скот. "Бесспорно, ответный военный поход Энки, принес Переселенцам много пользы".
Шумеры едва успели отстроиться. С собой Переселенцы несли лишь домашнюю птицу, да головки твердого, козьего сыра. Есть в заплечных мешках и семена, но только для посадки. Первый урожай планировали лишь через три месяца. Теперь еще и молодых рабынь привезли, будет, кому обрабатывать землю.
Насытившись Гудей поднялся.
– Я готов. Спасибо за помощь Реш. – Старик почтительно склонил голову.
– Шакин ты придумал, как противостоять многочисленному противнику? – С тревогой в голосе спросил Реш.
– Да.
Нигде не задерживаясь, Гудей вышел на центральную площадь. Воины стояли на платформах в полном вооружении. Шакин прикинул, объединив пополнение с основными силами, под его командованием соберётся приличная армия. "Но в сравнении с армией врага, лишь жалкая горстка. Получится ли то, что я задумал? Помогут ли Высшие?". Гудею стало грустно, он ведет людей на верную смерть, и знает об этом.
Он чувствовал, затевается грандиозная драка. "Такого мир Ураш еще не видел". Зря Анунаки затеяли дразнить Тримурти. Проучили, отбили желание нападать, на том и надо было остановиться. Гудей искренне верил, синие больше бы и не сунулись. "Но, нет, пошли дальше и не отказывали себе в жестокости".
И тут, молодой шакин, поймал себя на мысли, что впервые, осуждает Высших.
Почувствовав движение сбоку Гудей повернулся. На входе в храм, стояла сама Сарпанита. Молодой правитель, опустился на одно колено и склонил голову. Находящиеся на верху люди, вторя Гудею, преклонились. Даже воины на платформах, брякнув броней, выказали почтение, любимой Высшей. "На удачу", прошелестело по рядам.
Сарпаниту воспринимали не как Высшую, а как покровительницу, священный талисман, во всех пяти городах Переселенцев. История шумер, еще не знала случаев, такой заботы и единения Видимой с Пустыми. Высшая помахала тоненькой, беленькой ручкой. Первым поднялся Гудей и побежал на платформу. Позади, звеня доспехами, следовали десять "золотых" девушек, прозванные так, из-за необычной брони.
За считанные часы, платформы, перенесли людей к границам, последнего, захваченного города. В этом полете, шакин ими не управлял, толстые плиты, летели сами, ведомые Высшими.
По прилету, едва платформа опустилась на песок, Гудей сразу спрыгнул и пошёл искать Высших. "Если так торопятся, значит времени совсем мало". Но Видимых нигде не было, он нашёл лишь нопан-ада.
Моул с тысячей воинов, расположились на восточной стороне, захваченного города. Подальше от смердящих трупов.
– Что слышно? – Не приветствуя спросил Гудей. Его сейчас заботило лишь предстоящее сражение.
– Высшие отбыли следом за тобой. – Традиционный поклон, без преклонения колена. Между старшими офицерами, кивка вполне достаточно, Тем болен Гудей этого не приветствовал. – Больше ничего не знаю.
– Хорошо, распорядись насчет пополнения. Укажи место, где разбить походный лагерь.
К вечеру явился Высший Энки. Неразговорчив, неулыбчив. Скомандовал грузиться на платформы. Собрались и вылетели в ночь. Куда, неизвестно, Гудей и не спрашивал. Высший сторонился разговоров, погружённый в свои думы. Всем своим видом давая понять, "ко мне не лезь". И снова плиты летели сами.
