Мы превратим родную землю русскую в цветущий сад!
Родная деревенька
Держали землю русскую крестьяне
В своих натруженных, мозолистых руках.
Деревни Русскую равнину оживляли,
Овёс, пшеница, рожь зрели в полях.
Святые храмы на возвышенных местах стояли,
И разливался над землёю колокольный звон.
Храмы крестьян окрестных деревень объединяли:
Стекались прихожане в праздники туда со всех сторон.
Крестьянин жил в гармонии с природой по её законам
И по законам Божьим: он венчался и детей крестил,
Трудился от восхода солнца до захода,
Родную землю русскую любил.
И что же нынче вижу я?
И отчего болит душа моя?
Родная деревенька русская над речкой тихой,
Какое тебя подкосило лихо?
Жилых всего три дома и в них только старики,
Нет больше лодок у крутого берега реки…
Где люди молодые? – Разлетелись… —
Как? Неужели охладели
Они к своей родной земле?
И дом свой сохранить не захотели
В лесной прекрасной стороне?
Не по своей, а по навязанной жестокой воле
Пришлось им дом родимый покидать:
Работу только в городе можно теперь сыскать,
На произвол диких зверей и дикой поросли
бросив родное поле…
Какая злая сила лиходействует
И концентрирует народ в огромных городах,
Лишив его земли, народ уничтожает
И перед Богом потеряла страх?
Там, в городах, нет у приезжих дома своего,
Они живут в удушливой неволе!
Утраченная связь с родной землёй —
Страшнее для народа нету доли!
История нас учит: постепенно исчезает
Народ, который связь с землёй теряет.
Дачники
Иные дачники, словно кочевники степные,
Зажгли свои мангалы, задымили
И мясо жарят —
Есть хотят.
Им недоступны ароматы леса, сада —
Они лишь дымом наслаждаться рады,
Они лишь мяса алчут,
Жадно на него глядят.
И ни к чему им лесной воздух. На природу
Они сугубо потребительски глядят.
И, кажется, совсем они осатанели: повсюду,
Будто в преисподней, всё дымят, дымят, дымят…
Когда-нибудь восстанет против них природа,
И сбросит их с себя взбешённая Земля!
И будут жить здесь только те народы,
Что Землю любят, умножают её плоды, её леса, поля.
Земля пращуров. Пола
За деревней, за полями – лес дремучий вдалеке.
Мы пойдём лесной дорогой вниз и спустимся к реке,
К реке Поле с валунами, омутами, плёсами.
Ручейки сбегают к ней лесистыми откосами.
И дремучими лесами Пола к Волхову бежит
И, сливаясь с ним струями, в Ильмень-озеро спешит.
Вспоминается былина о Садко и Волхове…
Человеку лучше жить в лесном царстве на земле.
Земля пращуров моих, новгородская земля!
В красоте твоей неброской ощущаю корни я.
Здесь великий наш Рахманинов родился и меня
С ним сближает эта древняя русская земля.
В музыке его великой древний русский код сокрыт,
Древний знаменный распев, как глас Божий, в ней звучит,
Вековой колокольный звон, поступь воинских колонн…
Здесь, в Великом Новгороде, памятник Святой Руси возведён.
За Суворовым вослед воскликну: «Я – русская!
Русская! Какой восторг!» Знаю я:
Пока жив восторг в нас – жива русская земля!
Пусть всегда звучит музыка родной русской земли,
Разливается, ликует колокольный звон!
Не любитель пальм и олив —
Русский тот, кто в Россию влюблён.
Человечество когда-нибудь покинет небоскрёбы,
клетки душных городов
И избавится от изнурительных цифровых оков.
И опять увидит небо звёздное, услышит трели соловья…
Но всё это уже будет без меня…
Белая сирень
Он белую сирень любил,
Как будто был в ней отблеск счастья
И юной нежной чистоты,
Не знающей отравы страсти.
Вдыхая нежный аромат,
О чём-то думал с сожаленьем,
И трогательным умиленьем
Был полон его грустный взгляд.
Проходит всё, но каждой новою весной
Сирени кисти белые нам возвращают свежесть
Воспоминаний о поре былой,
Тревожат чувства, нарушают безмятежность.
И хочется любить, творить
И жить с восторгом, с упоеньем,
И с каждым мая дуновеньем
Всю душу музыке открыть!
Сирень, как талисман, цвела всегда у его дома
На Родине или в стране чужой и незнакомой.
И майским утром на рассвете
С улыбкою встречал он белые соцветья.
Тихий монастырь
Есть на тихом озере, средь владимирских лесов, монастырь,
А вокруг, куда ни глянь, гладь озёрная да небесная ширь.
На зелёном острове издревле стоит он:
При Петре Великом монастырь был возведён,
Водами озёрными, деревьями ольховыми окружён.
Розы тонким ароматом наполняют монастырский сад,
Дивной красотой своей пленяют они взгляд.
А вокруг разлита Божья благодать!
В тихой пустыни дано нам это ощущать.
Слышится из храма неземное пение,
Будто ангелы спустились с неба и поют.
Строгие монахини в тихой островной обители живут,
И для девочек осиротевших создан здесь приют.
В светлых платьицах, в шапочках из кружева
Девочки на праздничную службу в храм идут.
В тишине молитвенной соприкосновение
С горним миром души детские обретут.
Под крылом монашеским девочки растут.
Добрые монахини их наставляют, оступиться не дают:
Учат их молитвам и вести хозяйство,
Школьные предметы, музыку и пение преподают,
И прекрасно в хоре девочки поют,
И потом продолжить могут образованье.
Да хранит Бог юные созданья!
Пусть всегда по совести они живут.
И так хочется, чтобы по всей России
В согласии с законом Божьим люди жили!
