Разгар зимы полностью

Я потянулась назад и отсекла кончики собранных в хвост волос. В зажатой руке в качестве трофея остался лишь мой локон.

Когда я обрела свободу движений, то нацелилась когтями в горло Бэгмену, ухватившемуся за мой ботинок. Лязгнув зубами, он чуть не откусил мне пальцы.

— Черт!

— Давай же, sievā, сейчас не время для когтей.

— Ах ты гад!

— Лучше используй лозы.

Вдруг в череп одному из Бэгменов вонзилась стрела. Затем другому. Оба тут же рухнули вниз. Видимо, из-за спины Смерти выстрелил Джек!

С трудом поднявшись на ноги, я поспешила покинуть вздрагивающую груду – гнойник, который вот-вот прорвёт.

Арик наконец уступил дорогу Джеку, пропуская его ко мне.

— Шевели задницей, bébé!

Он протянул мне руку, а когда я за неё ухватилась, затащил меня в седло и пришпорил лошадь.

На ухо тихо мне шепнул:

— Ну и парня ты себе нашла, просто золото.

Когда мы оказались вне опасности, Арик окинул меня разочарованным взглядом. Как же мне осточертело, что парни так на меня смотрят!

Он повернулся к Джеку:

— Ты воспринимаешь её, как обычную девушку, я же на себе ощутил её силу. Я видел, как от её гнева содрогалась земля, уничтожались народы. Я вижу в ней богиню, каковой она и является, — затем он обратился ко мне, — пойду разберусь с переполохом, который ты учинила.

— К-каким переполохом?

И тут гнойник прорвало.

Бэгмены с рёвом выбирались на поверхность, отбрасывая с пути части тел. Учуяв живую кровь, они повернулись к нам и зарычали, мутные глаза не моргали даже под дождем.

Отпустив поводья, Смерть выхватил оба меча и бросился в самую гущу.

Хотя мне приходилось наблюдать за его напряженными тренировками, но холодная смертоносность в действии поразила даже меня. Он двигался так быстро, что я почти не видела взмахов мечей.

Только последствия. Летящие с плеч головы, заваливающиеся друг на друга тела, разлетающиеся вокруг внутренности и обломки костей. Тех, что не успели выбраться полностью, затаптывал Танатос. Схватка длилась считанные минуты.

Когда Смерть вернулся, такой великолепный в омытой дождем броне, он поднял забрало и покосился на Джека. Напряжение между ними нарастало.

— Гордишься, что спас ее, да? А теперь представь, как она гордится собой каждый раз, когда побеждает своих врагов... самостоятельно.

— За мной, как тень, Эви, — прошептал Джек, приближаясь к возможному месту привала. Пришедший на смену дождю туман зловещей дымкой окутал небольшой кирпичный домик.

Джек был настороже и держал арбалет перед собой — там могло оказаться логово работорговцев.

Но после трёхчасового скитания от одного сожжённого здания к другому, я готова была даже столкнуться с работорговцами, лишь бы больше никуда не ехать. Недавний ливень промочил меня до нитки, и теперь стук моих зубов был слышен на всю округу. Во всяком случае, дождь, как в автомойке, смыл с меня вонь Бэгменов и запекшуюся кровь трупов.

Джек предложил мне ехать с ним, но я отказалась. Я сомневалась, что Смерти это понравится. К тому же поведение Джека сбивало меня с толку. Почему его отношение ко мне менялось со скоростью бумеранга?

По ступенькам мы поднялись на крыльцо, Арик шёл последним.

— Я удивлен, что ты согласился на остановку, смертный. Несмотря на спешку и всё такое. Если бы Императрица ехала со мной, мы могли бы продолжить путь к Селене.

— Даже если на секунду представить, что я позволю Эви ехать с тобой на этом, с позволения сказать, коне, — сказал Джек, — мы въезжаем на опасные земли чёрных шляп, поэтому лошадей нельзя переутомлять.

Мы гнали их весь день. Но не сказала бы, что Танатосу особо требовался отдых... Он бы ещё и штангу выжал на три блина по восемьдесят и кирпичом шутки ради закусил.

— Здесь недавно кто-то был, — Арик вытянул один из мечей, — с чего ты взял, что они не вернутся.

— Колеи от колес ведут от дома. И колеи глубокие. Фургон был забит пленниками, которых работорговцы повезли на север, чтобы продать их серьезным черным шляпам, о которых я говорил, — Джек несомненно ориентировался в этих местах, — они отправились сразу после дождя. А если они вернутся, мы их убьём. Или Жнец испугался смертных работорговцев?

— На своем веку я повидал работорговцев в разных проявлениях, но никогда их не боялся.

Джек подёргал ручку. Заперто. Тогда он вышиб дверь, и мы переступили порог в прихожую. Внутри стояла жуткая вонь, будто забыли вынести мусор (да и мусоровоз сюда больше никогда и не приедет). Почти вся мебель была изрублена, вероятно, на дрова. К стене в ряд были привинчены кандалы. Точно, логово.

— Грёбаные работорговцы, — вскипел Джек, — хуже Бэгменов.

Я уставилась на эти кандалы.

— При нехватке воды рабы копали скважины. Чем они занимаются сейчас?

— Команды собирателей, — Джек осторожно проверил кладовую, — в мире ещё есть запасы продовольствия, если знать, где искать: бункеры для выживания, правительственные убежища, выброшенные на берег грузовые суда, зернохранилища, товарные вагоны. Но иногда боссы просто обменивают рабов на другие товары.

Мы вошли в гостиную, где запах был уже получше. Здесь был камин, стоял пластиковый стол и пара садовых стульев.