После этого случая С.Ю.Витте попал в “номенклатуру” государя императора, поскольку Александр III, был весьма далек от свойственной многим монархам мысли, что «государство — это он» исключительно. Вступив на престол и зная, что его не готовили с детства к этой должности, он очень серьезно подходил к проблеме человеческого общения при исполнении должностных обязанностей и подбору кадров по их нравственным (морально-этическим) и профессиональным качествам, на которые могло бы опираться государственно выраженное самодержавие народа. Александр III мотивировал свое назначение на должность директора департамента железных дорог в министерстве финансов словами: «Это тот Витте, который такой резкий, когда я ехал по Юго-Западным дорогам, то он в моем присутствии сказал очень большую в отношении меня дерзость, а именно, что не хочет слушать министра путей сообщения, так как не желает ломать мне голову. Я сделал вид, — продолжил император, — как будто бы этой фразы, в высшей степени дерзкой, не заметил. Но так как Витте оказался прав, то я имею на него большие виды.» — С.Ю.Витте приводит цитату из письма министра финансов И.А.Вышнеградского с приглашением его на должность (ист. 3, т. 1, с. 207, 208). Так формировалась “номенклатура” при Александре III.
[30] Итоги боя при Чемульпо в разных источниках выглядят по-разному. Англичане в своей военно-морской литературе утверждают, что “Варяг” не добился ни одного попадания. По источникам советского периода, в ходе боя совместным огнем “Варяга” и канонерской лодки “Кореец” был потоплен японский миноносец, после боя от полученных повреждений затонул еще один; был тяжело поврежден и вышел из боя почти до его прекращения броненосный крейсер “Асама” (выгорела кормовая башня главного калибра и погиб командир корабля), а также были повреждены бронепалубные крейсера “Токачихо” и “Чиода”. Согласно сведениям Н.В.Руднева (“Командир легендарного крейсера”, Тула, 1960, с. 150) в бухте А-Сан после боя японцы похоронили тридцать убитых, а названные корабли ушли в Сасебо на продолжительный ремонт, имея на борту большое количество раненых. Н.В.Руднев сообщает, что “Токачихо” по дороге затонул (хотя в других источниках он не упоминается в числе погибших). На нем было около двухсот раненых в источниках советского периода приводятся без ссылок на официальные документы. Японские официальные данные по этому вопросу найти не удалось. Тем не менее, по завершении войны и восстановлении дипломатических отношений, военно-морским атташе Японии В.Ф.Рудневу были переданы его личные вещи поднятые вместе с “Варягом” и японский боевой орден «Восходящего солнца» 2-й степени, которым его наградил японский император в знак глубокого уважения мужества и героизма, проявленных русскими моряками в этом бою, но этого ордена В.Ф.Руднев никогда не носил.
Вручение ордена было произведено сотрудниками посольства Японии, а не через Министерство иностранных дел России, как это было принято, поскольку Министерство не ответило на официальный запрос Японии по этому поводу, скорее всего по причине того, что после В.Ф.Руднев был в опале за свою нелояльность царизму в революцию 1905 — 1907 гг.
[31] Речь идет о наместнике царя в Порт-Артуре адмирале Е.Алексееве, хотя всё оказалось впоследствии справедливым и по отношению к двум последним главкомам ВМФ СССР С.Г.Горшкову и В.Н.Чернавину.
[32] Держал свой флаг на облегченном броненосце-крейсере “Ослябя”. Факт смерти Фелькерзама был скрыт от эскадры, а адмиральский флаг не был спущен. С начала боя японцы сосредоточили огонь на флагманских кораблях. В результате “Ослябя” погиб в самом начале боя, по причине того, что взрывом фугасного снаряда была вырвана с места установленная на соплях броневая плита в главном броневом поясе на ватерлинии, а другой 305 мм снаряд, попав в оголенное выпавшей плитой место, сделал пробоину площадью в несколько квадратных метров, приведшую к опрокидыванию корабля в течение нескольких минут и гибели большей части его экипажа.
[33] Подробно это было исследовано в ходе революции 1905 — 07 гг. Броненосец “Слава”, однотипный с четырьмя участвовавшими в Цусиме, три из которых погибли, а один сдался в плен в небоеспособном состоянии. “Славу” не успели достроить к моменту ухода эскадры на погибель, и броненосец был привлечен к подавлению восстания в крепости Свеаборг, но его боекомплект был из цусимской партии: после подавления восстания почти все выпущенные “Славой” снаряды были обнаружены там, где они упали, только у некоторых было вышиблено дно (применялся донный взрыватель).
[34] А после замены в Порт-Артуре головных подшипников шатунов главных машин, как сообщает Р.М.Мельников в книге “Крейсер «Варяг»” (Ленинград, “Судостроение”, 1975 г., с. 167), с декабря 1903 г. скорость крейсера была ограничена 14 узлами во избежание перегрева и разрушения подшипников в главных машинах.
