Разговор с варваром полностью

Что получается, когда нету общинности? Да­же если мы не будем уходить в сферу вечности – то есть говорить за рай, за ад, за спасение в сле­дующем мире, – даже если мы просто будем исходить из задачи этого мира, здесь ясно, что ты будешь одиноким, незащищенным, потому что ты полностью зависишь от государства. Зав­тра будет какой-то беспредел по отношению к тебе, и тебя не защитит государство. Сегодня может быть хорошее государство, а завтра дру­гое, само государство может с тобой несправед­ливо поступить, и тебя никто не защитит. Или если завтра будет какая-то беда с энергоресур­сами или просто развал государства, все стано­вятся незащищенными. Тогда все рухнет. Даже есть нечего будет, все толкаться будут, друг дру­га за горло хватать будут, вся дикость проявит­ся. Потому что нации нет. Есть только дегради­рованная масса.

Государство – это хороший механизм для экс­пансии, но очень слабый механизм для самоза­щиты. Посмотрите, как в Америке было. Стоило потушить на сутки свет, как там такой бардак на­чался!

[ПХ]Вы имеете в виду 1977 год, когда в Нью-Йорке были проблемы с электричеством и последовала целая волна погромов и грабежей?

[Х-АН]Да. В Нью-Йорке, Стоило только погасить свет, и миллионы горожан занялись грабежом. По всему городу разбивали витрины магазинов, ломали ок­на и двери, насиловали женщин – словом, тем­нота способствовала проявлению в людях самых зверских инстинктов. Полиция, парализованная страхом при виде огромной толпы, даже не попы­талась вмешаться. Лишь с подачей света грабежи и насилие постепенно прекратились. Подобным людям действительно не обойтись без аппарата насилия, без государства.

Эта часть моей беседы с Нухаевым состоялась за полго­да до событий 11 сентября 2001 года. Нухаев не подозре­вал, что в этот день Нью-Йорк покажет совсем другое лицо, не то, что во время погромов 1977 года. 11 сентября город проявил удивительное чувство гражданственности и силу общественных нравов. Жаль, что Нухаева там не было. По­дозреваю, что он, увидев, как отреагировал город, должен был бы изменить свои представления об Америке и вообще о способности большой христианской цивилизации под­няться до самых высот духовного мужества.

Я там был. Я видел, как в момент всеобщей беды граж­дане Нью-Йорка не струсили и не разбежались, как пред­полагал Нухаев (и сами террористы), не начали грабить и резать друг друга – наоборот, они подтянулись, сплоти­лись и мужественно справились с бедой. И никакой пани­ки. Да, люди были угрюмыми, грустными, немного ошарашенными – но все вели себя спокойно, каждый стремил­ся что-то сделать, чем-то помочь другим. Ньюйоркцы тол­пами приносили пожарным воду и еду, стояли в длинных очередях, чтобы пожертвовать кровь, собирались в парках на молебны. В тот день город проявил невиданную доселе гражданскую доблесть.

Нет, американцы – твердый народ. Даже если завтра у них исчезнет все богатство и война придет на американ­скую землю, не сомневаюсь, они покажут себя сильными и непокоримыми.

[ПХ]Вы говорите, что Америка имеет самую успешную форму государственности, но что, кроме государ­ства, там нет никаких общественных устоев. Я не согласен.

Во-первых, государство играет меньшую роль в американском обществе, чем в европейских странах, чем в России.

Во-вторых, мне кажется, что и нравственность в американском обществе гораздо сильнее разви­та, чем в Европе или в России. Я имею в виду не духовность, а именно нравственность простых американских граждан. В Америке вы найдете де­сятки тысяч городков, где люди, уходя из дому, не запирают дверь, потому что они знают, что никто у них ничего не украдет. Большинство американ­цев честно ведут свои дела, усердно работают, охотно помогают друг другу, к посторонним отно­сятся вежливо и с уважением, доверяют друг дру­гу, еженедельно ходят в церковь, успешно воспи­тывают детей, охотно принимают на себя ответст­венность за общее благо...

[Х-АН]Ну они пока находятся в определенных парнико­вых условиях. Раз все у них хорошо, они считают Америку лучшей страной в мире. А если эти усло­вия завтра переменятся, полная дикость проявит­ся. И если завтра появилась бы какая-то другая Америка – лучшая, они бы бросились туда, к дру­гой Америке, к лучшей.

[ПХ]Вы думаете, что в трудный момент американцы покинут свою страну? Сомневаюсь.

Америка сегодня находится в парниковых ус­ловиях, как вы выразились, потому что она себе эти условия создала. Это великая заслуга той ев­ропейской цивилизации, которую унаследовала Америка. Эта цивилизация дала человеку свободу. В обществе действуют твердые и ясные законы, общество живет по справедливым и предсказуе­мым правилам. Именно поэтому европейская ци­вилизация (сегодня даже больше американская) процветает. Именно поэтому она столь заманчива для других народов.