— Так-ить «Чалая» храпит. Опять же трясет мордой, закидывает ейную — к ненастью это. Да и солнце надысь зашло в морок, дым стелется; к тому же сорока лезет под стреху.
Я улыбнулся и добавил ему в тон: «Да к тому же наши асы не появляются в небе».
Массированный налет вражеской авиации вынудил предбоевые порядки наших соединений еще больше расчлениться по фронту и в глубине. Кавалерийские дивизии укрылись по балкам и оврагам. Сильный воздушный налет немцы произвели и на Березовку. Зная, что в 9-й гвардейской кавдивизии находится мой заместитель, генерал Горшков, я направился прямо к генералу Головскому. Ему отводилась главная роль в той тактической комбинации, которую мне захотелось провести, чтобы ускорить форсирование Тилигула.
Едва успели мы с ним поздороваться, он сразу доложил трагическую весть.
— Минут сорок тому назад разговаривал с генералом Ждановым. Он искал вас. Доложил, что тяжело ранен командир корпуса генерал-лейтенант Танасчишин.
— Свяжитесь со Ждановым.
— Доложите, как это случилось.
Мне хотелось говорить как можно спокойнее, но кажется не получилось.
— Трофим Иванович только что скончался. В 11.40 он был тяжело контужен разорвавшейся бомбой на юго-западной окраине Березовки, а через пятьдесят минут скончался на своем КП, — доложил мне Жданов.
— …Примите, Владимир Иванович, командование корпусом. Буду у вас через час.
С пологого холма, возвышающегося перед Степанов-кой, на котором расположился КП генерала Головского, хорошо видны справа боевые порядки завьяловцев. Они готовятся к атаке в направлении хутора Падурец. Еще дальше, перед Викторовкой, окапываются казаки генерала Тутаринова. Видна и роща перед Березовкой.
— Какая здесь глубина реки? — спрашиваю у командира дивизии.
— Около метра, а ширина — метров двадцать-двадцать пять. Вон там от Гуляевки начинается лиман. Он показывает влево, и мне хорошо видно в бинокль и это синее село и такая же синяя гладь лимана.
Все села и хутора в этих местах синие. Каждую весну хозяйки белят избы, добавляя в известку много синьки. Поэтому их хаты и имеют синий оттенок.
— Ваша дивизия, Василий Сергеевич, должна прорваться через Степановку, с ходу форсировать реку в пешем строю и развивать наступление на Нейково, отрезая пути отхода противнику, обороняющемуся на высотах за рекой западнее Березовки. Наступление возобновляет вся группа. Атаку начнем через полчаса. Правее вас наступает мехкорпус.
Закончив разговор, я поднялся, чтобы взглянуть, выдвигается ли 9-я гвардейская дивизия на исходный рубеж, что делается на участке 5-й отдельной мотострелковой бригады Завьялова. В первый момент даже не разобрался. «Неужели полки бригады уже подошли к самой окраине Степановки. Но почему они начинают отходить?» Взглянул в бинокль и понял — это контратака немецкой пехоты и танков. Радости моей, казалось, не было конца. Еще бы, у нас две дивизии выдвигаются для удара — одна на Викторовку, другая южнее Степановки,:А вместо того, чтобы упорно обороняться на заранее оборудованных позициях, противник покинул их и открыл нам свои фланги для удара.
— Видите? — бросил я комдиву.
— Вижу, товарищ командующий, и понял вас, — ответил возбужденно Головской.
— Как только они втянутся в бой с завьяловцами, удар нанесите по флангу, атакуйте Степановку и развивайте наступление на северо-запад, в направлении четырех курганов. Тутаринов скует противника ударом на Викторовку. Ему надо только уточнить время атаки.
Не отрываясь взглядом с поля боя, мне удалось по рации тут же уточнить боевую задачу комдиву Тутаринову. Были хорошо видны стоящие на скатах нашей высоты (она тянулась на север километров десять) орудия истребительно-противотанкового дивизиона. По мере приближения танков они все чаще вздрагивали, разговаривая с врагом на грозном языке металла и огня. Танк, опрометчиво вырвавшийся далеко вперед, вдруг закружился на месте и стал. Из подбитой машины выскочили немцы и бросились бежать назад. Когда они пробегали мимо встречного танка, раздался сильный взрыв. Машину охватило черным дымом, а фашистские танкисты мгновенно куда-то исчезли. Воздух потряс еще один взрыв.
— У них там поставлено внаброс минное поле, — объяснил комдив.
— Давай сигнал «вперед!»
Где-то сзади нас загудели моторы. Танки и самоходные орудия как бы нехотя выползли из-за оврага и начали медленно разворачиваться в боевой порядок, поджидая, когда подойдут остальные. Потом моторы дружно взревели и устремились вперед через боевые порядки кубанских полков. Казаки с боевым кличем устремились вслед за ними. Немцы поздно поняли свою оплошность с контрударом. Дивизии Головского и бригада Завьялова смяли боевые порядки противника и ворвались в Степановку. 9-я гвардейская подхватила атаку соседей и блестящей, в казачьем стиле, атакой разгромила гарнизон Викторовки.
— Ну, теперь, Василий Сергеевич, считай прорвали мы коварный Тилигул. Поеду к Жданову… Надо проводить Трофима Ивановича в последний путь.
