Один оказался за его спиной и прыгнул на меня. Чисто интуитивно я отразила удар клинком. Псина, протяжно воя, отскочила, хромая на лапу и быстро переключившись на кого-то другого.
Под ногами зашуршала жженая трава. Мы оказались по ту сторону Пояса. До ближайшего гарнизона около десяти — пятнадцати километров, за несколько часов должны успеть.
Мы осторожно побежали, то и дело прислушиваясь и держа мечи наготове. Где-то спустя час я попросила остановиться. Ногу страшно натерло, попавший камешек разодрал кожу до мяса. Пока я подлечивала ранку, ощутила, как земля под нами зашевелилась и раздался хлопок, лишивший слуха. Нас отбросило взрывной волной на несколько метров от Пояса. В последнюю секунду Даниир успел прикрыть меня при падении, но все равно от удара я опять потеряла сознание.
Размеренный скрип врезался в сознание. Я открыла глаза, щурясь от яркого, но не согревающего солнца. Все тело болело и онемело. Даже повернуть голову оказалось почти невозможным. Напротив меня лежал Даниир. Лицо в кровавых разводах и грязи, одежда порвана и совсем не напоминает форму. Скорее всего, у меня вид не лучше. А ещё парень был связан. Грязная тряпка-кляп во рту, а по ногам и рукам туго затянуты верёвками.
Я попыталась позвать его, но и в моем рту ощущалась противная материя. Огляделась, насколько позволял обзор. Мы ехали на какой-то телеге, впереди и сзади сидели четверо мужчин. Головы скрыты капюшонами пыльных плащей. Помимо нас с Данииром, рядом сидел, свесив голову, ещё человек. Длинные спутанные волосы закрывали его лицо. Одежда, впитавшая кровь, напоминала простую ткань, которой обмотались и подвязали верёвкой. Среди свисающих сосулек волос я увидела его стеклянные глаза. Как я не пыталась обратить его внимание на себя, он продолжал смотреть в одну точку. Зато я привлекла внимание одного из четырёх мужчин. Лицо его до середины носа скрывала ткань.
— О, эта дохлая очнулась!
— Хорошо, значит за неё тоже заплатят, — отозвался тот, кто сидел с вожжами.
— За такую-то? Не гони!
— Не заплатят, убьём.
Их содержательный разговор прервался. Повозка въехала в тень раскинувшегося у огромного камня дерева.
— Сихх, умой их и этого, — указал он на Даниира, — приведи в чувство. Только не порти!
— Нас стащили с повозки, сбросив на землю как мешки с мукой. Сихх одной рукой поднял меня за шкирку и облил водой, которую один из его товарищей успел набрать в колодце у подножия камня. Я замычала, надеясь, что мне развяжут рот и удастся объяснить кто мы или выяснить что происходит. Но тот лишь растер рукой по моему лицу воду и взялся за патлатого парня. Он резанул его волосы одним движением, окатил водой и потерял всякий интерес. Я умоляюще посмотрела на этого худого, с впалыми щеками заложника, но он замер, опять прицельно смотря в одну точку.
Даниира окатили водой дважды, после чего он пришёл в себя и закашлялся, что было почти невозможно с тряпкой во рту. Осоловело открыл глаза и осмотрелся. Увидел меня, связанную по рукам и ногам, Сихха, стоявшего рядом со скрещёнными руками и остальных. Нахмурился и попытался освободиться, только это было бесполезно. Я уже пыталась. Даже магию не получалось использовать.
— Уймись, — прикрикнул на него мужчина и с помощью напарника они закинули его обратно в повозку. Туда же вернули худого парня.
— Эту везём или как? — крикнул Сихх. Ко мне подошёл огромный, как горилла, мужчина, который сидел за вожжами. Видимо он был главным.
— Развлечься хочешь? — сально ухмыльнулся главарь.
— А то! — хохотнул Сихх.
— Любишь ты этих костлявых, — сплюнул мужчина-горилла. — Даю пятнадцать минут и выезжаем.
Сихх схватил меня, закинув на плечо, и понес за камень, где оказалась натянутая на высокие колышки, на манер палатки, ткань. Я попыталась вырваться.
За спиной раздавался рык Даниир, но всем было плевать.
Меня бросили на пыльную шкуру и разрезали веревку, удерживающую ноги, прижав их своими. Руками Сихх ухватился за шнуровку штанов.
— Твои косточки такие же белые как кожа? — спросил, смотря на меня похотливым взглядом.
Штаны опустились до колен. Я, глотая злые слёзы беспомощности, попыталась вырваться. Но не смогла. Мужчина перевернул меня на живот и придавил своим телом. Мои руки впились в его висящий живот.
Меня колотило от отвращения и мерзости. От безнадежности положения. Близость мерзавца вызывала дрожь. Я крепко сжала зубы, прикусывая щеку изнутри. Боль отрезвляла. Заставляла мысли упорядочиться.
Прошло несколько секунд, мучительно долгих и страшных. Тех, что разделяли меня от надругательства над собой.
Сихх охнул, заваливаясь на бок. По моей спине и ягодицам полилась тягучая горячая кровь. Я не позволила ему отстраниться, перекатываясь вместе с ним. Лёжа на его брюхе, оттолкнулась ногами и проехалась по нему до самого черепа. Он захрипел и обмяк. Только тогда я откатилась в бок, смотря на результат своей работы. Вспоротый как пойманная рыба, Сихх лежал мертвый. К горлу подступила тошнота и меня вырвало желчью.
