Действовать нужно было за секунду. Но большего мне и не требовалось. Дама – впрочем, скорее девица – не относилась, как я мгновенно установил, заглянув в ее сознание, к персоналу Вериги, но всего лишь к сфере услуг. И была легко уязвима для моего воздействия, поскольку в профессиональную подготовку таких, как она, не входит постановка защиты от постороннего вторжения в психику.
Поэтому я вломился в нее беспрепятственно. И результат проявился немедленно.
Не дойдя до лестницы, что вела вниз, в холл, она остановилась:
– Постой…
– Ты вроде бы ничего не забыла? – Голос кавалера был не самым любезным.
– Не забыла. Но там внизу – дежурный…
– Он тебя выпустит. Я выведу.
– Не хочу, чтобы он меня заметил.
– Да ну, подумаешь…
– Нет! Это тебе – «подумаешь», а мне… Он раззвонит – моя старшая смены узнает, и будут неприятности.
– Ничего тебе не будет.
– Я лучше знаю. Были уже такие случаи – а нам это запрещено. И вам тоже, между прочим.
– О господи. Что же ты – до утра останешься? Нужную мысль я внушил ей заранее:
– Нет, конечно. Но не через этот выход. Спусти меня с балкона. Тут невысоко.
– Сломаешь еще руку или ногу. Или шею.
– Не сломаю.
– Да послушай же…
– Скажи: ты хочешь, чтобы я еще к тебе приходила?..
Они препирались минуты две. За это время я успел снова уложить все в сумку и приготовиться к старту. Девица же наконец уговорила любовника, и это было вполне понятно: красотка и в самом деле выглядела соблазнительно, и ничего странного, что ему не хотелось портить отношения с нею. Так что вскоре они – стараясь по‑прежнему ступать потише – вернулись в свою комнату, чей балкон выходил на ту же сторону, что и мой – был третьим справа от меня. Они еще не успели затворить за собой дверь, как я снова оказался на свежем воздухе и уселся, свесив ноги, на балюстраде, готовый соскользнуть вниз – как только возникнет нужная обстановка.
И она возникла почти тут же. Девушка спрыгнула не сразу, она свесилась сверху – наверное, мужчина держал ее за руки, – и при этом наделала шуму, прошуршав объемистым бюстом по балюстраде. Сидевший подо мною человек мгновенно насторожился – я четко воспринял всплеск его поля. Девица обрушилась – и он в один прыжок оказался в дальнем от меня углу балкона с инфракамерой на изготовку. Прильнул к объективу. И в тот же миг я отделился от балюстрады, группируясь на лету. Приземлился на четыре точки рядом с кустом, что рос там, надо думать, специально для того, чтобы послужить мне укрытием на первую секунду – и, не останавливаясь, пополз вдоль стены. Пол первого этажа был поднят над грунтом на метр с лишним, плюс еще сантиметров восемьдесят балюстрады – это означало, что, ползя вплотную к фундаменту, я оставался незамеченным для находящихся на нижних балконах – если только кому‑то из них не придет в голову перегнуться и глядеть прямо вниз. Но пока еще никто не догадался. Девушка внизу, ее мужчина – наверху, и мой топтун – на среднем уровне между ними вели оживленные переговоры, не ограничивая себя рамками вежливости. Но их обмен любезностями меня больше не интересовал. Однако этого нельзя было сказать о другом обмене мнениями, свидетелем которого мне пришлось стать, когда я проползал под очередным балконом. Голоса были очень знакомы, а содержание реплик показалось весьма интересным, так что я даже остановился, чтобы не пропустить ни словечка:
– Это дохлый номер. Нет у него никаких партнеров, и никто не станет рисковать. И ни на кого он нас не наведет. Так что ужин за тобой.
– Не спеши. Такие дела в одиночку не делаются. Будь уверен: он подстраховался. Если только он не сильно изменился с тех пор, как я его нанимал…
– Он же давно отошел от оперативки, а значит, и партнеров у него не могло остаться, согласен?
– На этот раз обожду соглашаться. Союзников у него, судя по нашим данным, всегда было в достатке. И вряд ли он порвал с ними раз и навсегда. А любителей поработать за хорошие деньги всегда хватало. Я не хочу, чтобы кто‑то из них перебежал нам дорогу и мы оказались перед пустым хранилищем.
– Если они даже есть – как им было узнать, где мы его перехватили и куда упрятали?
– Если бы у них не было своих способов связи, к ним никто и не стал бы обращаться – тем более мы. Подожди – он быстро разберется в обстановке и позовет свою команду. Уверен – они появятся тут в самом скором времени.
– Но ведь в памяти его ты ничего не нашел.
– Это ничего не значит. Чтобы разобраться в его знаковой системе, нужно гонять машину месяц, а то и больше. А тут что у нас есть? Свои мики – вот и все…
