– Я согласился бы, но так сразу – после того как с предыдущим их послом приключился этот странный несчастный случай? Это было бы подозрительным совпадением, вам не кажется?
– Пожалуй, да. Лишнее внимание ни к чему. Ну а что еще?
– Собственно, он уже и так окажется замазанным. Обрисовать ему обстановку – и он поймет, он, похоже, человек неглупый…
– И пусть поработает на нас. Ну а как только возьмем семена – там видно будет…
– Все правильно.
Сам я так не считал. Но оставил свое мнение при себе. Да и вообще пора была возвращаться.
Семена на Кармеле? Интересно. Ничего не скажешь – хороший у них декриптор. Пусть ищут, пока не надоест. Но я туда, пожалуй, не поеду…
Я проводил его взглядом и, когда дверь за ним затворилась, уткнулся в экран. Я располагал еще примерно получасом, после этого времени Повидж скорее всего двинется на поиски. Полчаса. Что же мы тут имеем? Поглядим внимательно. На какую букву искать? На "С"? "Т"? Или еще какую‑нибудь?
"С" – Синера. Так. Тут на нее – целый столбец. Но, похоже, все не то. Конечно, названия материалов не дают полного представления о содержании. Но тех двух недель, о которых я мечтал, никто мне не даст. Придется искать дальше. Ну а "Т"? Что у них есть по Тернаре?
Нашлось тоже достаточно, хотя и меньше, чем по Синере. Ничего удивительного: мирок поменьше и победнее. Тем не менее свои секреты есть, конечно, и на ней. Но все заголовки не производят впечатления. Некоторые вообще неизвестно почему причислены к секретам. Вот непонятное название: «Доклад Совместной Комиссии отделений Фитофизиологии, Биохимии и Наркологии Федеральной Академии Естественных наук и отделений Социологии и Психологии Академии Общественных наук ГФ от 26 августа 2676 года». Тема: «К вопросу о влиянии фитонцидов, продуцируемых видом „Уракара обыкновенная“, на поведение лиц и сообществ, находящихся в ареале воздействия указанного фактора».
Влияние уракары на людей и сообщества? Может быть, как‑то прояснится наконец что‑то относительно ценности украденных семечек?
Жаль только – времени остается все меньше.
Я начал читать. Дело пошло туго – не в последнюю очередь, наверное, из‑за сверхнаукообразного стиля, в каком текст был выполнен, но наверняка еще и потому, что так и не приходило ощущение, что это – мое дело. Подсознание молчало, а без его одобрения я избегаю брать на себя какие‑либо обязательства. Возникло даже желание отложить эту литературу на потом, а сейчас для прояснения мозгов – ну посмотреть вариабль хотя бы. Пришлось взять самого себя за шиворот и ткнуть мордой в монитор. Применить силу, так сказать. Я пробивался сквозь текст, словно сквозь джунгли, с мачете в руках, вынужденный то и дело останавливаться, чтобы перевести изложенное с академического воляпюка на доступный простым смертным – то есть мне – язык.
Но в конце концов результат оправдал усилия, и приобретенная информация, как я решил, стоила всех литров пота, что я пролил в процессе ее получения.
Из доклада мне удалось уяснить, что: а) эта самая чертова уракара со второго года жизни начинает выделять в атмосферу некий субстрат, способный оказывать определенное влияние на психику, а следовательно, и на поведение людей, независимо от их численности, находящихся в сфере воздействия этого самого субстрата (наблюдения проводились над местным населением Тернары); б) четкие границы этой сферы воздействия установить пока не представилось возможным, есть, однако, веские основания предполагать, что таких границ вообще не существует; в) биологическую, химическую, физическую сущность субстрата, а равно механизм его распространения на весьма значительные расстояния до сих пор определить не удалось, поскольку в месте произрастания уракары не были созданы необходимые условия для успешной деятельности комиссии (надо полагать, их туда просто и близко не подпустили), в отдаленных же местах факта присутствия субстрата установить при помощи любых известных методов не удалось, хотя, несомненно, констатировалось его влияние на население. Не исключено, что мы имеем дело со сверхфильтрующимся вирусом, хотя, разумеется, могут быть предложены и другие гипотезы; г) тем не менее удалось установить, что выраженное воздействие субстрата на людское население заключается в выработке у людей непреходящего эйфорического восприятия жизни независимо от социальных и физических условий. Такое мировосприятие в кратчайший срок приводит к полному отказу от любого производительного труда, чему в немалой степени способствуют благоприятные природные условия обследованного мира.
