Странная девушка, Дождливый город, кровавая схватка и дом который мы все ищем
Различая цвета
Матросы «Матильды фон Шлезвиг» старались не подходить близко к полоумной пассажирке тем временем напевавшей себе под нос:
– Наконец-то, Дождливый город! – вскричал капитан Блум надвигая на лоб треуголку. – Полоумная ты обещала убраться восвояси! Ради бога сдержи своё обещание!
Слова его были обращены к описанной выше девушке в серой потёртой блузе, коротких матросских штанах, перепоясанных верёвкой, и мягкой обуви похожей на тапки, которые она сама себе смастерила накануне.
Тряхнув спадавшими на лицо тёмными волосами, девушка взглянула на приближающуюся пристань и согласно кивнув поднялась на ноги.
Морские волки словно по команде разошлись в разные стороны пропуская идущую по кораблю Марту, а та, проходя мимо мачты наклонилась и ловко подхватила кусок мыла у одного из драивших палубу моряков. Тот даже слова не сказал. Пусть берёт всё что хочет и убирается к дьяволу.
Когда девушка легко ступая преодолела мостик, капитан Блум не сдержавшись, сорвавшись на истерику, закричал:
– Поднимите мост! Поднимите немедленно!!!
Замершие на пристани таможенники с удивлением уставились на причалившее судно и её сумасшедшую команду, а Марта только загадочно улыбнулась и двинулась вдоль набережной под мелкими каплями моросящего дождя в сторону впадавшей в океан Старухи Мёрт.
– Вот уж правда говорят женщина на корабле к беде, – произнёс циммерский капитан, облегчённо вздохнув и смахнув тыльной стороной ладони пот со лба.
* * *
Сбросив с себя одежду и оставшись абсолютно голой, Марта зашла в воду под изумлёнными взглядами парочки рыбаков оседлавших огромный камень торчащий из реки. Мужчины так и замерли с открытыми ртами и удочками, никак не реагируя на подёргивающиеся в воде поплавки.
Девушка, напевая, намыливала грубым куском мыла кожу думая, что на корабле ей совсем-совсем не нравилось. Хорошо, что путешествие подошло к концу. Слишком мало места, паразиты, запах потных, грязных тел, дёгтя, рома и мокрого дерева забивал её обоняние не позволяя использовать его в полной мере. На суше же совсем другое дело.
Тем временем позади на дороге раздался стук копыт. Парочка лошадок несла по набережной крытый экипаж, понукаемый здоровенным кучером с кулаками-ядрами, во рту, которого блестел золотой зуб.
Даже не оборачиваясь Марта краем глаза увидела гнилостно-оранжевую ауру хозяйки экипажа. Такой она никогда ещё не видела.
– Отто, останови экипаж! – раздался пронзительный привыкший повелевать голос и лошади всхрапнув вонзили копыта в землю.
Фрау Гельштальт с интересом разглядывала бесцеремонную девицу, бросившую вещи на берегу и бесстыдно растиравшую себя песком и куском дрянного дегтярного мыла. Небольшие, но острые сисечки с торчащими от холода сосками, длинные крепкие ноги, смазливая мордашка, изящные чуть резковатые движения … слишком жилистая, но ничего и на такую клиент найдётся. Между грудок болтался кусочек жёлтого янтаря на засаленной верёвочке гармонировавший с зелёно-жёлтыми глазами чертовки.
– Хы! Девка справная! – спрыгнув с запяток Гайл почесал себя волосатой ручищей в промежности.
– Рот закрой и держи своё хозяйство в штанах! – резко оборвала телохранителя хозяйка борделя оглядываясь по сторонам.
Приоткрыв дверь экипажа, она высунулась наружу.
– Милочка! Не могла бы ты подойти ко мне?
«Гнилостно-оранжевый с белыми вкраплениями», – обернувшись на голос подумала Марта намыливая левую подмышку. Словно на последней стадии гангрены. Хм, очень интересно.
Бросив кусок мыла, она величественно двинулась в сторону экипажа и выглядывающей из него женщины с пронзительными карими глазами и высокой причёской. Движения девушки были плавными, и вода будто им вовсе и не мешала. Подпрыгивающая при ходьбе грудь заставила одного из рыбаков поскользнулся и полететь в воду.
Хыыы! – снова не сдержался плешивый Гайл брызнув слюнями, но поймав взгляд хозяйки тут же испарился. Шутки с ней были плохи.
Кустик тёмных волос на лобке девчушки заставил хозяйку борделя скривиться.
– Ты не хотела бы поработать у меня? – без обиняков бросила она, расправив складки кримпленового платья на коленях (дорогого, но без излишних украшений).
