Наконец боль поутихла, а зрение вернулось. Ласка атаковала, отвлекая противника от меня. Меафид ухмыльнулся и ловко отпрыгнул. Удивительно, но девушке с ее-то прокачкой почти всех очков в ловкость все равно не хватило скорости, чтобы догнать монстра. Шестерня решил воспользоваться тем, что здоровенный человекоподобный ящер отпрыгнул и находится в полете, потому тоже прыгнул и взмахнул кувалдой.
Он уже начал опускать молот на голову противника, как тот, почувствовав опасность и резко вскинув руку, ударил мечом за спину, попав Шестерне по руке. Раздался скрежет, Шестерню отправило в полет со скоростью пули. Он с грохотом врезался в пол, а Меафид, завершив прыжок, оказался в паре шагов перед ним.
Шестерня вскочил, морщась от боли, его отрубленная левая рука осталась валяться на полу, вместе с ней остался и молот.
Меафид, громко зашипев, явно от удовольствия, не дал парню уйти, обрушив на него меч. В последний миг в правой руке Шестерни материализовался помятый щит. Раздался тяжелый звон, под тяжестью удара Шестерня упал на одно колено, простонал сквозь сжатые зубы.
Меафид вновь поднял меч, чтобы добить его, но в этот момент мы налетели с двух сторон. Я выпустил очередь из гравитационных разрывов. Меч ящера блеснул и мгновенно пронесся, разрубив все выпущенные заклинания и активировав их, пространство исказилось, так и не достав до противника. Острие клинка садануло даже мне по нагруднику. Меня отбросило на несколько метров. Одновременно с ударом мечом монстр развернул голову к Ласке и выпустил поток пламени. Девушка, так и не завершив атаку, отпрыгнула назад, а затем заметалась по залу. Зеленая струя пламени, петляя, устремилась за ней, пытаясь догнать.
Враг слишком быстрый и сильный, нужно как-то обездвижить его, чтобы была возможность наносить урон.
Я сформировал ледяной сгусток, метнул в противника. Ящер почувствовал опасность и по привычке попытался разрубить заклинание мечом, чтобы активировать его на расстоянии от себя. Только это была ошибка. Стоило лезвию разрубить сгусток, как по клинку метнулась ледяная волна, что тут же перекинулась на руку, мгновенно покрыв ее слоем льда, а после этого и накрыв все тело.
Правда, обрадоваться я не успел. Меньше чем за полсекунды лед треснул и опал.
Да как же тебя остановить то⁉
Я сжал зубы, выпустил еще одно заклинание, сделав вираж. Оглянулся на Шестерню. Тот, раскачиваясь, поднялся, под ногами натекла лужа крови, а от очков жизни осталась лишь четверть. Вишня уже наложила на него лечащее заклинание. Сама целительница побледнела, ее мана подходит к концу. Оно и понятно — ей постоянно приходится лечить нас на полную мощность, накладывая при этом всевозможные усиливающие баффы. Даже с условием, что она восполнила ману с помощью зелья, все равно ее запасы к этому моменту уже должны истощиться. Еще чуть-чуть, и мы останемся без лечения, после чего быстро умрем один за другим.
— Хэй! Глупый божок! — взревел я, рванув к Меафиду и выпустив несколько гравитационных разрывов.
Ящер развернулся, вертикальные глаза расширились, в них полыхнула ярость.
— Жалкий смертный! — взревел Меафид.
Я рванул прочь, сердце быстро-быстро заколотилось в груди, а внутри все сжалось, позади стремительно стал нарастать приближающийся топот. Я влетел в коридор, промчался еще метров двадцать, пока не почувствовал, что Меафид настиг меня. Резко рванул вверх, меч противника больно резанул по спине, и только броня спасла меня от серьезных последствий.
Сделав вираж, я оказался под потолком вниз головой. Выпустив несколько гравитационных разрывов, по дуге пошел вниз, переворачиваясь обратно. Монстр извернулся, уклоняясь от атак. Я тут же создал земляную стену, затем рванул вперед, проскользнув справа от монстра. Он ударил мечом, но внезапно тот врезался в стену. И пусть камни оказались для такого оружия не проблемой — он разрезал их как пластилин, но все же замедлили атаку, что позволило мне избежать ее и создать еще одну земляную стену. Одновременно с этим я выпустил несколько гравитационных разрывов из перчатки и вновь метнулся к монстру, только обходя его с другой стороны. Он вновь ударил в ярости, но ему опять помешала стена, а я создал еще одну земляную стену. Тем временем в коридор вбежали Ласка с Шестерней, парень сменил щит на меч, глядит мрачно и сосредоточенно. Позади них в проеме, не желая заходить, остановилась Вишня — ей, в принципе, и положено держаться позади всех. Я в третий раз попытался прорваться, но ящер сообразил, что пытаться достать меня мечом бесполезно, потому его рука схватила меня, пальцы крепко сжали горло, да так, что, кажется, вот-вот переломится шея. Я захрипел, дышать стало невозможно, легкие стали гореть, требуя кислорода, а перед глазами начало темнеть. Ящер тем временем отвел руку с мечом, собираясь острием пронзить меня.
Хозяин четвертого этажа. Часть 2.
