Девушка слегка деревянно поднесла к лицу коробочку, и заглянула в ее пустое нутро еще раз. Внимательно посмотрела внутрь, и произнесла, чуть ли не по слогам:
— Да. Действительно. Положили. Простите. Я. Виновата.
— Ничего страшного, милая, бывает. — снова улыбнулся тот же хмырь. — Идите уже, рассчитайте нас, мы торопимся.
— Одну. Секунду. — как робот произнесла девушка, разворачиваясь и намереваясь отправиться за расчетом.
Но я уже был рядом. Пока хмырь обрабатывал девушку, все его внимания было сосредоточено на ней, а его друзья не заметили меня по объективным причинам. Один уже спал, положив рожу на стол, а второй был близок к этому.
Подойдя к столику, я поднял руку к лицу официантки и громко щелкнул пальцами. От резкого неожиданного звука она вздрогнула, и ментальная установка хмыря слетела. В глазах официантки снова появилось осмысленное выражение, и она с недоумением посмотрела на пустую коробочку в своих руках.
— Прошу прощения. — я аккуратно забрал у нее коробочку и поставил обратно на стол. — Молодые люди забыли положить деньги, такое бывает, когда много выпьешь. Вернитесь через минутку, и деньги там будут, уверяю вас.
— Но… — начала официантка, но я ее перебил:
— Через. Минутку. Будьте любезны.
Официантка встретилась со мной взглядом и не решилась спросить. Просто опустила глаза и отошла.
А я встал возле стола, уперев в него ладони и глядя на хмыря сверху вниз.
— Слышь, ты! — прошипел тот. — Тебя кто вообще просил лезть? Ты хоть знаешь, кто я?
— Конечно, знаю. — я кивнул. — Ты зажравшийся хер, который позорит звание мага. Ты отрыжка общества, ведь ты только что собирался обмануть простого человека, у которого даже в теории не может быть защиты от магии. Ты ублюдок, которому место в компостной куче, а никак не за столиком кафе. Доходчиво объяснил?
— Слушай, ты. — угрожающе начал хмырь, приподнимаясь со своего места. — Ты слишком до хрена о себе мнишь, тебе так не кажется? То, что о тебе говорит весь университет, вскружило тебе голову, как я посмотрю? На старших решил бочку катить? Так старшие тебе эту бочку обратно отправят, да так, что она же тебя и раздавит, вошь мелкая!
Оп-па! Вот это поворот, однако. Значит, этот хрен тоже из университета! И, судя по его словам — со старших курсов! То-то мне его рожа знакомой кажется — наверняка, я его пару раз видел, только в памяти не отложилось. Вот еще — всяких хмырей запоминать, моя память не для этого предназначена.
А он, значит, в курсе обо мне и моих достижениях. Вот и бесится сейчас, понимая, что даже старшекурскики типа него не смогли добиться всего того, чего добился я.
К тому же все, чего смог добиться он — это трусливый обман персонала небольших кафешек.
— Слушай, ты, Бочкарев…
— Я не Бочкарев! — взвизгнул хмырь. — Моя фамилия…
— Да мне плевать. — спокойно прервал его я. — Но лучше юы твоя фамилия была Ротшильд, и у тебя в кошельке водились бы деньги, присущие носителям этой фамилии. Потому что только в случае, если ты положишь в эту коробочку оплату за счет и еще десять процентов сверху за то, что официантка вас тут терпела. Так вот, только в этом случае ты выйдешь отсюда одним куском. Куском говна, конечно, но все же — одним.
— Да ты не знаешь с кем связался, мальчик. — попытался улыбнуться хмырь, хотя его губы дрожали и отказывались растягиваться в улыбке. — Давай мы поступим по-другому. Если ты не хочешь, чтобы твои мозги поджарились, как яичница на сковородке, ты сейчас низко поклонишься, извинишься, оплатишь наш счет сам и больше никогда не будешь попадаться мне на глаза.
— Не, не страшно. — я покачал головой. — Ты же недомерок, который способен только наивным доверчивым девушкам мозги пудрить. Ты даже сам себе не смог бы поджарить мозги, а до меня тебе вообще расти и расти… И то никогда не дорастешь.
— Ну, мелочь, я тебя предупреждал! — прошипел хмырь и уставился мне в глаза, прижав палец к виску.
Никс снова показал мне, как от его пальцев ко мне протянулись нити маны, и растворились в воздухе буквально в сантиметре от головы. Хмырь нахмурился, и нити стали толще и плотнее, но это ничего не изменило. Они все так же растворялись в воздухе, и я ничего не чувствовал.
Все, как я и ожидал. Магия псиомантов на меня не действует тоже.
Было бы странно, если бы действовала. Она ведь основана все на той же мане, что и вся остальная магия.
— Хм… — я нахмурился. — Яичницей пахнет, тебе так не кажется?
Я издевательски принюхался, задумался, а потом покачал головой:
— Не. Показалось. Хотя, может, это у тебя из штанов, м?
Хмырь стиснул зубы, и отнял руку от виска, глядя на меня:
— Маленький урод! Да мы тебя сейчас и без всякой магии закатаем! Эй, вы! Вставайте, дело есть!
Он потормошил своих спящих друзей, но добился от них только невнятного бормотания и нового приступа храпа. Бросая на меня злобные взгляды, хмырь отвесил им несколько пощечин, и одного даже смог разбудить, но, судя по его лицу, тот напрочь отказывался понимать, что вокруг происходит.
— Чттврс… — выдавил он из себя, кося глазами во все стороны сразу.
