Я прошел вдоль стены к дорожке, ведущей в Смекалинск. Возле главных ворот стояло несколько машин такси, в которых на разложенных сиденьях спали водители — видимо, надеялись, что таким образом они перехватят самых первых, самых ранних клиентов. Я, конечно, не стал их будить и ехать в город на такси. Не хватало еще, чтобы потом мой водитель меня же и сдал, если на него тем или иным способом выйдут. Пройдусь пешком, ничего со мной не случится. Тем более, теперь, когда Старшая отказалась от заказа на мою голову.
Это, конечно, не значило, что мою голову не попытается добыть кто-то еще, но зато никто другой и не сравнится со Старшей, если уж начистоту. «Других» Кантор может подсылать ко мне десятками, и все равно ничего не добьется.
Смекалинск спал. Окна были черны, почти все вывески не горели, и только уличные фонари слегка разгоняли ночную тьму. Но разгоняли ее они лишь там, куда падали круги света, а все пространство вокруг становилось от этого лишь темнее.
И по этой темноте, аккуратно, по дугам, обходя световые круги, двигался я. Скользил по теням, как водомерка по воде, не забывая сканировать глазами окружение и подмечать любое движение. Один раз в темном переулке рядом со мной шевельнулось несколько больших теней, но стоило лишь в лунном свете тускло блеснуть стволу пистолета, который мгновенно оказался в моей руке, и тени тут же исчезли. Рассеялись в воздухе неровными обрывками, словно дым, разнесенный ветром.
Я уже хорошо ориентировался в Смекалинске, и поэтому добрался до стаб-фермы быстро. С помощью ледоруба и телепорта забрался на ближайшее здание и с его крыши осмотрел территорию.
Основой фермы, конечно же, являлся стаб. Сверкающий в ночи разлом был заключен в огромный сталлитовый куб, но не сплошной, как в Урмадане, а сетчатый. Причем сетка была довольно мелкая, и с моей точки обзора казалась почти непроницаемой. Сетка была примерно пятьдесят на пятьдесять на двадцать метров, и это пространство явно использовалось не только и не столько для того, чтобы перехватывать тварей, выползающих из разлома, но и для того, чтобы их прямо там убивать.
А тех, кого не убивали, не агрессивных, полезных, явно отводили после этого в два длинных низких здания, прилепившихся к стенам фермы, как грибы к стволу дерева. Из одного из них как раз выходила парочка людей с длинными палками в руках, с концов которых свисали петли.
Ферма, конечно же, охранялась. Но охранялась она не как военный объект, а, скорее, как ферма по выращиванию коки. Внутри периметра кругами прогуливались охранники с какими-то автоматами в руках и фонарями. Почти посередине фермы стояла одинокая наблюдательная вышка с прожектором, сейчас выключенным. Но что намного хуже — кроме прожектора я разглядел на ней еще и тяжелый станковый пулемет, сейчас устремивший ствол в небо. Он был повернут в сторону разлома и явно стоял там на случай прорыва тварей, но мне он тоже может жизнь попортить знатно, если я накосячу.
Значит, не будем косячить, только и всего.
Я слез со здания и из тени изучил стену на предмет камер. Никс пропищал в ухо, что у камер есть мертвая зона, и даже подсветил ее мне прямо в поле зрения, на что я мысленно поблагодарил крыса и пообещал угостить его чем-нибудь деликатесно-артефактным, если это найдется на ферме. А сам прошел в мертвую зону, дождался сигнала от Никса о том, что с той стороны только что патрульный прошел мимо, и перекинул через стену телепорт.
Одно мгновение — и я уже стою на жухлой траве стаб-фермы и смотрю в спину идущему прочь от меня и отчаянно зевающему охраннику.
Их я трогать не буду. Если придется закуситься — буду стараться действовать не смертельно. Они здесь просто работают, и выполняют свою работу, чтобы прокормить свои семьи. Они не виноваты.
А вот Хромовы сегодня хлебнут горя полной ложкой!
Я бы даже сказал половником!
Примерившись к шагам охранника, чтобы не шуметь, я пошел за ним. Но не прямо по следам, а немножко в стороне, ближе к стене фермы, под которой так удачно облюбовала себе местечко густая черная тень. На территории фермы и так со светотехникой было не очень хорошо — экономят на электричестве, что ли? — а в этой тени я и вовсе был как ниндзя. Особенно когда подхватил по пути горсть земли и растер ее по лицу, чтобы не светилось белым ярким пятном во тьме.
Вместе с охранником мы сделали почетный круг по ферме, и я смог изучить ее полностью и построить дальнейший план действий. С самим разломом я сделать, к сожалению, ничего не мог — это просто не в моих силах, да и вряд ли вообще в чьих-то в этом мире. Точно так же ничего не мог я сделать с сеткой, которая окружает разлом — она, блин, сталлитовая, что я могу против нее? А даже если бы и мог, это было бы подло по отношению к Смекалинску. Я, считай, своими руками сломал бы первый рубеж обороны, который должен был хоть на сколько-то сдержать тварей в случае форс-мажора. Нет, так я точно поступить не могу.
