Земля бросилась под катер, и тут наконец тряхнуло по-настоящему. Но компенсатор, на который Тталейв даже не полагался — новый и неопробованный, — все-таки сработал, его даже не вышибло из кресла. В глазах потемнело от перегрузки. Панель с громким треском погасла.
Он пробирался к люку ползком. Ладони то и дело натыкались на кофейные зерна. Приятный запах, но Тталейва уже тошнило от него. Мутило. Дрянь дело. Компьютер сгорел, и если запасных плат не хватит, придется сидеть тут и ждать, пока кто-то прилетит на сигнал аварийного маяка — и хорошо, если это окажутся люди, а не…
Люк, печально выдохнув, поддался. Тталейв вывалился из него, покатившись по мягкому, остро пахнущему грунту. Взгляд зацепился за что-то яркое, и Тталейв замер, прижавшись к земле.
Дети. Много детей. Около двадцати. Они окружили катер — каждый на небольшом пневмоскутере.
Тталейв вытер мокрое лицо, поднялся на четвереньки, потом рывком встал. Колония. Здесь есть колония! Его спасут. И он сможет продать кофе, не на Амарисе, так здесь.
Дети молча смотрели на него, и у Тталейва по спине вдруг пробежал холодок.
— Каппа! — громко сказала одна из девочек. — Я рассчитала точку его падения точнее всех остальных. И тебя. Я теперь лучший баллистик! Значок!
Она, не сводя глаз с Тталейва, протянула в сторону руку — даже не протянула, требовательно выбросила.
Им же всем лет по двенадцать, догадался Тталейв. Не младше, не старше. Ровесники. И комбинезоны у них были одинакового покроя, хоть и разных цветов. Значки, символы… маленькая победоносная армия детей.
Боги, он же еще до войны видел постановку о чем-то таком… как же она называлась? Королева пчел? Властелин стрекоз?
Другая девочка, насупившись, начала ковырять рукав.
— Рано радуешься! — пробормотала она. — И трех циклов не пройдет, как он снова будет у меня.
— Сначала забери, потом хвастайся, — ответила первая девочка и пошевелила пальцами.
Вторая, подлетев к ней, вложила что-то в раскрытую ладонь.
— Лучший баллистик! — хором выкрикнули остальные и коротко, быстро хлопнули пару раз в ладоши.
— Эй! — вставил Тталейв. — Привет!
Дети так же внезапно замолчали.
— Привет, — ответил кудрявый мальчик. — Ты человек?
О. Непредвиденный вопрос. Хотя да, он ведь может быть кем угодно. Гуманоидная форма ничего не значит.
— Да, я человек, — сказал Тталейв и, поддавшись нежданному порыву, спросил: — А вы?
Они не похожи на талов, нет. Волосы темнее. И лица слишком бледные.
— Его ответ подтверждается, — произнес кто-то из детей, которого Тталейв не мог видеть из-за носа катера. — Сканер фиксирует человеческую анатомию.
— Мы — люди, — уверенно ответила девочка-баллистик.
— Ага, люди.
— Почти люди.
— Есть еще слово на букву «К», которое нельзя называть.
Они засмеялись — хором, словно искусственные, как будто кто-то нажал на общую кнопку управления смехом.
— Какое еще слово? — с трудом ворочая языком, спросил Тталейв.
— Колонисты! — выкрикнул кудрявый мальчик.
Они взлетели, закружились вокруг катера, и Тталейв съежился, не в силах побороть этот дикий, глупый, неуместный страх.
— Он нас боится! — выкрикнул кто-то из детей, Тталейв уже не разбирал их лиц, они складывались в одно размытое, пугающее пятно — и в этом голосе, к его ужасу, было куда больше восторга, чем удивления.
— Стоп!
Дети остановились. Тталейв был готов бежать сквозь джунгли, сломя голову, или ползти обратно в катер — где-то там лежал бластер, а эти чудовищные дети…
— Мы должны выполнить протокол одиннадцать-альфа, — сказала девочка-баллистик.
Какой еще протокол? О, нет. Надо бежать!
— Это на случай вторжения.
— Интервенции!
— Проникновения чужаков.
Тталейв понял, что произнес это вслух, и попятился к катеру. Но тут к нему вплотную подлетел кудрявый мальчик — он улыбался, и совсем не зло. Обычный паренек, каких много. Каждый из них выглядел обычно, как все. Но вместе…
— Не надо бежать. Садись. Мы отвезем тебя к нашим родителям, — сказал мальчик и сдул с носа почти белую спиральную прядь.
— У вас есть родители?
— Конечно, есть, — высокомерно заявила девочка, у которой отобрали значок. — Они тебе помогут.
Осторожно, неуверенно Тталейв забрался на заднее сиденье скутера. Мальчик тут же рванул с места, и его скутер понесся через лес. Рядом летели остальные. Воздух пах прелью и кофейными зернами. Ветер упруго бился в лицо.
Потом из-за деревьев показалась крепость. Серая. Огромная. С высокой башней. Страшная. Она росла из земли, как чудовищное растение. Нет, в самих строениях не было ничего страшного.
Но Тталейв узнал эти очертания с первого взгляда. Не мог не узнать. Столько лет. Столько чертовых лет! Не вязались с крепостью только цветы — или что там росло яркими пятнами у подножья? Все равно!
— Стойте! Стойте! — закричал он, цепляясь за мальчика.
Мысли смешались в кучу. Не нужно было с ними ехать. Он знал, что этим все кончится. Планеты просто так не возникают из ниоткуда.
— Ты чего? — спросил мальчик.
Они остановились метрах в ста от… этого места. Тталейв сдвинулся, упал на землю, но не смог встать. Не держали ноги.
Ужас стоял в горле ледяным комом.
— Это же… Это же… — начинал он и никак не мог закончить.
