Словно сломанных ребер и болезненных ссадин на руках было недостаточно, начала болеть голова. Весь сегодняшний день был воплощенным кошмаром. Сначала придурок на мотоцикле, потом больница, копы… И вот теперь непонятные ребята везут его черт знает куда, а он даже не в силах не то что сопротивляться, но и просто хорошенько подумать об этом. Ему было все равно…
Ему было все равно уже несколько месяцев. Он не знал, где он хочет быть. Может быть, эти суровые парни отвезут его в место, куда он стремится, но про которое сам еще не знает. А может быть, довезут до пустыни и пристрелят.
— Слушайте, может, скажете, куда мы едем?
Водитель равнодушно ответил:
— В военный госпиталь. В центр Дэвида Гранта.
— Зачем?
На этот раз ответа не последовало.
На выезде из города они попали в пробку. Поток двигался удручающе медленно — в час по чайной ложке. Где-то там Джейсон уснул.
Проснулся он от того, что его осторожно трясли за плечо.
— Вставай. Да проснись же ты! Приехали!
Толком не отойдя от сна, с мутной головой и зажмуренными от яркого света глазами он плёлся по бесконечным коридорам огромного здания, пока, наконец, его не завели в комнату, действительно напоминающую кабинет врача. Значит, парни в машине сказали правду. Он в госпитале. Всё это как-то должно быть связано с тем, как он повёл себя в той больнице… Или же с мотоциклистом…
Потом всё стало происходить быстро и чётко: менее чем за час его осмотрели, дали подписать несколько документов, отправили в душ, переодели в больничную одежду, обработали ушибы и ссадины, сделали снимок грудной клетки, взяли несколько анализов, выдали какие-то таблетки и уложили в постель, оставив наедине с ужином на большом подносе.
Во время этих манипуляций Джейсон вел себя словно безвольная кукла: выполнял всё, о чём его просили, и не задавал практически никаких вопросов.
Теперь он хотел только одного — спать. Джейсон отставил поднос с едой в сторону и устроился поудобнее на кровати, стараясь не тревожить сломанные рёбра.
Утро — хотя это мог быть и день — началось с визита медсестры, которой Джейсон сразу заявил:
— Я хочу уйти отсюда.
Медсестра непонимающе взглянула на него.
— Я в порядке, — пояснил Джейсон. — Я хочу уйти. К тому же, я не имею никакого отношения к армии. Мне нечего здесь делать.
— Вам все скажет врач, он вас осмотрит через несколько часов.
— Послушайте, вы не можете удерживать меня силой.
— Вас никто не удерживает силой. По крайней мере, дождитесь врача.
Вскоре после ухода медсестры к нему пришла женщина-психолог. Джейсон с недоумением уставился на ее бейдж.
— Да, там именно это и написано, — спокойно ответила она. — Я психолог. Меня попросили побеседовать с вами.
— Кто и зачем?
— Ваш лечащий врач. Он ознакомился с вашей картой и в свете последних событий решил, что это необходимо.
— Так у вас и карта моя есть?..
— Да, копию прислали еще вчера.
— Вы можете мне объяснить, что я здесь делаю?
— К сожалению, нет. Вечером должен прилететь человек, который организовал ваше пребывание здесь, думаю, он вам все объяснит.
— Господи, это похоже на какой-то фильм. Может, я агент ЦРУ, страдающий амнезией, а вы должны извлечь из моей потерянной памяти страшно секретную информацию.
— Будь это так, — улыбнулась доктор, — к вам бы пришёл не психолог… Может быть, теперь вы ответите на пару вопросов?
— Простите, но мне не нужна ваша помощь.
— Многие люди, пережившие смерть близких, не осознают этого. По разным причинам. Вы можете считать, что…
— Простите, мэм, но мне не нужна помощь, — повторил Джейсон, глядя в пол.
— Согласитесь, что при взгляде со стороны ваше поведение в последние время не кажется адекватным.
— Я не слышу голосов, если вас это интересует.
— Хорошо, я запомню это, хотя голосами занимается психиатр. Но, может быть, вы все же расскажете, почему вы сбежали из больницы со сломанными ребрами и бог знает чем ещё — вас же даже недообследовали.
— Я не знаю. Мне было неприятно внимание. Я не мог там больше находиться.
***
Джейсон пережил визит психолога и — позднее — врача, осматривавшего его вчера. И лишь поздно вечером появился человек, которого он ждал весь день. Он быстрым шагом вошёл в дверь, внимательно осмотрел Джейсона с головы до ног, будто проверяя его целостность, и только потом сказал:
— Привет, Джейсон.
— Здравствуйте, мистер… — Джейсон вопросительно наклонил голову.
— Робертсон.
— Мне сказали, что от вас я наконец получу объяснение, почему я здесь.
— Да, конечно. Я прошу прощения за то, что мы задержали тебя. Мне это показалось самым лучшим вариантом. Кстати, спасибо, что не стал поднимать шум и сопротивляться. Ты сильно облегчил всем жизнь.
— Я неважно себя чувствовал и вообще плохо соображал, — неуверенно пояснил Джейсон, словно стесняясь произошедшего. — А потом мне стало интересно. К тому же, никаких дел у меня всё равно нет…
— Было бы лучше, если бы я был здесь уже вчера, но я не мог всё бросить. Итак… — начал он и замолчал, словно не зная, как приступить к делу.
