Ну а толку-то? Ну решит вражеский адмирал что попал. Что, стрелять перестанет? Мы же не можем, имитируя попадание, под воду нырнуть? Американец продолжит стрелять. Лебедев настаивал, что хоть расход сократим, да и американец может все-таки решит ближе подойти. На последний и решительный побольше оставим. По логике хорошо бы немного получить сейчас, а потом получше отбиться от усиленного удара. Риск был большой только по абсолютной шкале. А по сравнению с тем, что они стояли с почти пустыми погребами, встречая прилетающие ПКР, которых у янкесов еще навалом - не очень.
Ладно, ожидая, что из штаба пройдет команда Пескарику, можно и попробовать. На сколько он подошел к эсминцам? Получается, что миль на шестьдесят. Через 40 минут Петренко должен НАЧАТЬ получить радиограмму (минут восемь по такой длинноволновой связи), расшифровка, подготовка... Хорошо, пока попробуем поблефовать.
И вот попробовали, на свою голову. Первая пара в принципе была обработана хорошо. По первой ракете даже отстрелялся "Исаченков", хотя и третьей ракетой, но снес ее! А со второй перемудрили. Как-то слишком уж близко ее грохнули. "Шторм" был, или автомат с "Окрыленного" - никто не понял, стреляли оба. Рвануло так что адмиральские штаны пришлось нести в стирку после пролитого на них чая. Со всеми флотскими ритуалами в виде проклятий и обещаний немедленной и страшной кары косоухим мазилам.
Потом подошла вторая пара. Одну сняли опять на подходе, но потом у "Безупречного" случился отказ, а "Окрыленный" промазал. Ну да, вероятность сбития таким методом была далеко не стопроцентной. Никто и не обещал непременного уничтожения, хотя главПВОшник на всякий случай отошел в самый дальний угол Центрального Поста.
Крейсер спасла броня, и то, что сразу после захвата ГСН ракет, "Киров" начал разворот на них. В общем-то задумка была в основном для того , чтобы кормовые пусковые "Форта" обязательно остались целы, но тут этот маневр сработал неожиданным образом. "Гарпун" ударил по борту под острым углом, и... не справившись со сто миллиметровым поясом[*5], рванул, не пробившись в недра корабля! Полетели куски обшивки, встал фонтан воды, все как полагается. Покорежило правый носовой плутонг зенитных автоматов, на этом ущерб материальной части почти закончился. Разворотило идущие рядом с бортом коридоры и кубрик, немножко погорело. Было бы вообще замечательно, если бы не понимание, что на полном ходу или при волнении будет захлестывать, и ремонтные партии кинулись за дело.
-Скажи старпому, что через 20 минут мы даем полный ход, пусть делает что хочет. Мы пойдем на американцев, Лебедев. В решительный, но не факт что последний.
Робкие попытки напомнить, что на "Безупречном" на исправление похожего повреждения ушло почти три часа, были безапелляционно отклонены. У эсминца выворотило гораздо сильнее, там нет броневого пояса. У нас на тридцати двух бурун будет рядом с этой дыркой проходить, но есть нюанс - его форма зависит от скорости. На двадцати семи - встающие океанские волны будут заливать пробоину нещадно, а при увеличении хода - пойдут немного дальше. Сообразили, намертво заварив пару коридоров и поставив там насосы. Обычный конвейер - в пробоину А вода затекает, в трубу Б - вытекает. Борт, конечно, заделывать будем, но ход через двадцать минут мы Вам, товарищ адмирал, дадим.
К-503
Нет, пятнадцать узлов сейчас давать смертельно опасно. . Побегали на двадцати пяти, и хватит, теперь идем на десяти. Петренко смотрел на не изобилующую подробностями и достоверностью... даже не карту, что посреди Атлантики картографировать? За такую "карту" ему бы и школьный учитель географии двояк влепил бы не раздумывая. Вот тут мы были два часа назад, тут они. Мы два часа шли вот сюда, они... непонятно. От нас? На нас? Вряд ли американцы поменяли курс как только мы, перетерев с Бабабем, поскользили под водой на запад. По старой традиции поискали термоклин, пару раз что-то ловилось на трехстах, дальше нырять не стали. Ладно, лодка эту войну точно не переживет, и плевать, что обнаружив продавленные маркеры под спецлючками, заводчики поставят его "Чаечку", пожалуй что и на вечный прикол. Мы себя окупили. Но если дальше насиловать корпус, то мы схлопнемся очень скоро. Не то что до порта, мы не дойдем до расчетной точки. А ситуация от оптимизма далека. Янки шли на северо-запад на 10 узлах. Значит за два часа бешеного броска он приблизился на 40 миль. От 130 отнять эти сорок - невесело получается. Сейчас он в час по чайной ложке двигается, не факт что догоняем. Не достреливаем. Больше пятнадцати узлов Петренко не даст ни в каком случае, это верное самоубийство без всяких шансов хорошо пальнуть перед смертью.
