— Ух! — Гнат поднял к небу над головой большой палец. Шофер не понял больше половины, но сам факт наличия разноцветного имени — ошеломлял. Хотелось бы только прояснить, каким образом столь чуждое существо вообще снизошло до разговоров. Однако неведомый собеседник все сделал сам.
— Мне трудно с тобой говорить. Когда я собирал камни — в моих мирах не в каждом времени встречаются такие образования, — то видел многих народившихся в будущем и ушедших в прошлом. Они были подобных тебе и все время общались между собой, как ты пытаешься говорить со мной. Примитивные повторяющиеся звуки, неритмичные построения — общее для всех. В звуках крайне редко попадались красивые слова. Я перестал прислушиваться. Не имело смысла вникать в нюансы речевого общения. Но однажды я построил сад и принялся учить камни озвучивать цвета времени. Забавно, что только тогда я понял, зачем вы разговариваете. Вас увлекает не сама речь, а смыл, заключенный в словах, которые произносите. Из них, как из кирпичиков, вы строите громоздкие конструкции, чтобы передать друг другу не только информацию, но и свое понимание окружающего мира. Невероятно примитивно! Щелкать и скрипеть, чтобы кратко и всеобъемлюще изложить что-то мало мальски интересное? Невозможно!
— Почему же? — пожал плечами Гнат. — Вполне нормальный способ. Поговорил и узнал то, что нужно. Или сам рассказал. А у вас как?
— У нас? — на секунду существо задумалось. — А! Понял. Нас нет, здесь есть только я. Иногда возникает дискретная череда моих предыдущих с последующими жизней. С ними мы иногда общаемся, конечно, но не с помощью слов. Пространство, время, свет… Скажем так, наши… слова не являются набором конечных последовательностей чего бы то ни было, а воспринимаются в составе законченной мысли. Иначе никак. Все "я" формируют меня нынешнего, как я нынешний — часть меня прошлого и последующего. У тебя, полагаю, не возникает желание вести долгие беседы с тобой предыдущим.
— Да, да… — неопределенно кивнул Гнат. Из объяснений он практически ничего не понял и потому не знал толком как ответить. — Но мне и вправду пора. Как бы вот только до тоннеля добраться…
— Я видел. А в чем проблема? Иди.
— Понимаешь ли, не выходит просто так отыскать выход. Летать я с грехом пополам научился, — он на миг осекся, вспомнив панику в тоннеле, — а вот с переходами и не пытался.
— Да туда просто шагнуть надо, в тоннель этот самый. У тебя, вот, ноги есть, если я не ошибаюсь. Они прекрасно приспособлены для такого дела.
— Есть ноги, но они тут не помогут. Я не вижу, куда мне шагать.
— Ах, да, зрение же. С излучениями у вас хуже… Тогда так. Постарайся не пялиться в пространство, а использовать разум.
Гнат честно попытался напрячься, но где располагалась "мышца" разума, которую можно активировать подобным образом, он даже предположить не мог, поэтому единственным результатом попытки стало побагровевшее лицо.
Голос фыркнул, словно неведомое существо едва удержалось от смеха, а спустя пару секунд предложил другой способ.
— Хорошо, давай иначе. Ты можешь смотреть боковым зрением?
С чем, с чем, а уж с этим Гнат отлично справлялся. Старшие учили, как можно следить за обстановкой, не отрывая глаз от дороги впереди. Своеобразное такое расслоение восприятия.
— Да, любой шофер из наших умеет так видеть.
— Прекрасно! Значит, сперва надо закрыть глаза…
— Но уж так-то я совершенно точно ничего не увижу и…
— Помолчи и дослушай. Попробуй закрыть глаза и увидеть какую-нибудь картинку. Любую. Первое, что придет в голову.
Гнат послушно смежил веки и увидел летающие камни. Они роились, кувыркались и вытворяли бог знает что, повинуясь разыгравшемуся воображению.
— Получилось что-нибудь?
— Вроде получилось… Камни летающие эти, только мельтешащие.
— Ага, великолепно! А теперь, не отводя глаз от камней, концентрируйся на происходящем сбоку.
Сперва Гнату удалось заметить мелькание теней. Он помнил уроки бывалых шоферов и не терял концентрации на объектах впереди, одновременно стараясь понять и угадать то, что происходит сбоку. Движение, полет, разворот. Объект черный. Нет, темно-серый. С синими прожилками. Белые точки расположены в странном порядке. Не летает — покачивается. Усы. Шевелит усами. Лапы есть, когтистые и шипастые…
— Жук! — вырвалось у Гната. Он мысленно "повернулся" и вправду увидел гигантского жука, обмазывающего каждый камень своими выделениями из мощных челюстей. По-видимому, эта слюна и позволяла валунам парить в воздухе. А может, так он их обучал "видеть цвета времени", поди разбери.
Гнат открыл глаза и немедленно рассказал все своему невидимому собеседнику. Тот хмыкнул.
— Мда, интересная интерпретация. Но уже намного лучше. Значит, ты меня теперь видишь?
Краешком глаза Гнат уловил движение и резко повернулся. Теперь он ясно видел, как над поляной парит тот самый огромный черный с синим в бедую крапинку жук и старательно обмазывает камни.
— Вот ты как выглядишь!
Челюсти исполинского насекомого ужасали. По спине Гната забегали мурашки, он уже представил себе, как жук откусывает ему голову.
На этот раз существо не смогло удержаться от смеха.
