Изрыгая проклятия, Паркер попытался вскочить с табурета, но еще не зажившая нога подвернулась, и он рухнул на пол. Подскочивший к нему ротмистр пинком отшвырнул в угол пистолет, к которому британец потянулся окровавленной рукой. Второй пистолет, отлетевший в сторону на несколько шагов, не спеша подобрал Щукин.
– Ну, все, мистер Паркер, – сказал он, с усмешкой взглянув на злобно ощетинившего агента 007. – Отбегались. Больше бегать вам не придется. Я заберу вас туда, откуда для вас может быть единственный выход – на кладбище. Только это еще надо будет заслужить.
– Олег Михайлович, – удивленно спросил Соколов, – вы что, и в самом деле хотите взять его к себе?
– А что ему здесь делать? – пожал плечами Щукин. – С такими бдительными стражами, как ваши, он снова может пуститься в бега и добраться-таки до Британии. А нам это совершенно ни к чему. Ладно, ротмистр, разберите-ка лучше баррикаду, которую воздвигли эти поедатели овсянки и пудингов, – Щукин кивком указал на груду сундуков, подпиравшую входную дверь.
Потом он послал вызов и сообщил по рации всем участникам спецоперации, что она закончилась успешно.
Все это время семья старосты неподвижно сидела на своих местах, еще не веря в спасение. Уж больно неожиданно и быстро все произошло. Лишь через несколько минут женщина с ребенком на руках заголосила и залилась слезами. Соколов, справившись с сундуками, загремел засовом и открыл дверь на улицу. Потом ротмистр по лестнице поднялся на чердак.
Осторожно подняв голову и держа наготове помповик, он заглянул в полутемное помещение. Там лежало тело мистера Джонсона. Пуля из снайперской винтовки попала ему прямо в лоб, вынеся весь затылок.
– Наповал, – крикнул он вниз Щукину. – Меткий выстрел.
Он подошел к убитому, стараясь не ступать в лужу крови и не поскользнуться на разбросанных по полу ошметках мозга.
– Тьфу, да тут все кровью забрызгано, – жандарм немного помолчал, а потом брезгливо чертыхнулся. – Все же вляпался…
В дом вошел Сергеев-старший, а чуть позже генерал Бенкендорф с Пашкой. Пацан, увидев сидевшего на полу окровавленного британца, подошел к нему и строго, по-взрослому сказал:
– Так тебе злодею и надо, не будешь мирных людей обижать.
А потом подбежал к лежавшему на сундуке приятелю и, погладив его по голове, участливо спросил:
– Что, Митроха, сильно больно? Ты не бойся, барин обещал, что он тебя в Петербург возьмет. Там тебе врач быстро ногу вылечит.
Взрослые же, увидев мундир Бенкендорфа, бухнулись перед ним на колени и наперебой начали благодарить графа за спасение.
Настоящие же спасители скромно вышли на улицу подышать свежим воздухом.
Далее начался разбор полетов. Связанного на всякий пожарный случай мистера Паркера вытащили наружу. Потом, чертыхаясь и скользя подошвами по крови, спустили с чердака труп второго британца. Его положили на траву рядом с домом, прикрыв развороченную пулей голову его же собственным сюртуком. Сергеев-старший велел мужикам, прибежавшим поглазеть на их спасителей, поутру закопать труп где-нибудь в лесу, подальше от деревни.
Посовещавшись, Щукин и Бенкендорф решили, что графу с ротмистром и Сергеевым-младшим необходимо вернуться в Питер и подробно рассказать обо всем произошедшем здесь царю. А Щукин, Виктор и подраненный британец пока останутся в имении. Дело в том, что мистеру Паркеру требовалась квалифицированная медицинская помощь. Пуля насквозь прошила мякоть предплечья его левой руки. Сама по себе рана эта была неопасной. С правой же рукой было гораздо хуже – пуля из АПСа раздробила лучевую кость, и британец чувствовал себя довольно скверно. К тому же в наличии была большая кровопотеря.
Щукин про себя решил, что мистеру Паркеру неплохо бы сделать рентген. И консилиум с хорошим врачом тоже бы ему не помешал. В Петербурге же ни того, ни другого не было. Здешние эскулапы в подобных случаях особо не мудрствовали и брались за хирургическую пилу, безжалостно ампутируя конечность. Причем об анестезии и антисептике тогда мало кто заботился. Отсюда и большая смертность после операции. А Щукин хотел еще раз как следует допросить Паркера. Для этого надо было его качественно подлатать, а еще лучше – отправить в нормальный госпиталь.
У Олега на этот счет была договоренность с начальством. Больного или раненого в неотложных случаях поместят туда, где тайна его иновременного происхождения будет полностью сохранена, а побег затруднителен.
В будущее Щукин хотел отправить и мистера Скотта. Если сказать честно, то этот шпион заинтересовал его. Олег не рассчитывал перевербовать британца, но, как говорил когда-то Лаврентий Павлович Берия, попытка не пытка.
