Света внимательно посмотрела на него.
Его глаза были грустными. Он смотрел прямо на неё, но всё так же не произносил ни слова.
В какой-то момент он медленно поднял руку вперёд, ладонью вверх, словно просил Свету взять его за руку.
Сердце забилось быстрее.
Света всматривалась в его протянутую ладонь.
Тонкие бледные пальцы, лёгкое размытое свечение вокруг тела.
Она почувствовала нерешительность.
Её дар никогда не позволял физически взаимодействовать с умершими.
Они приходили только с просьбами, но никогда не пытались прикоснуться к ней.
Света сделала медленный шаг вперёд.
Лёша не двигался, только продолжал держать руку в ожидании ответного действия.
Она глубоко вдохнула и протянула свою ладонь навстречу.
Их пальцы сомкнулись.
Света не почувствовала привычных тактильных ощущений, как это бывает с живыми людьми.
Это было нечто иное.
Не твёрдое, но и не воздушное — словно мягкая вата, прохладная, но не ледяная.
Её ладонь словно погрузилась в густой туман.
Она почувствовала, как мальчик пытается удержаться за неё.
И в этот момент всё изменилось.
Вокруг прошелестел ветер, словно кто-то перевернул страницу огромной невидимой книги.
Мир быстро начал меняться.
Всё изменилось в мгновение ока.
Ощущение было странным, словно кто-то смахнул старую картину и заменил её новой, более яркой и живой.
Света замерла, моргнув несколько раз, но всё вокруг не исчезло — напротив, оно становилось всё чётче.
Мир наполнился красками.
Она всё ещё стояла на том же месте, но теперь это место выглядело иначе.
Только что был пасмурный осенний вечер, а теперь…
Лето.
Тёплый солнечный день.
Воздух свежий, наполненный запахами зелени и цветов.
Трава на газоне сочная, сочнее, чем в реальности. Деревья густые, шелестят листьями. Где-то поют птицы.
Всё казалось неестественно ярким — будто фильм с повышенной насыщенностью цветов.
Света не сразу поняла, что произошло.
Она резко развернулась.
Люди вокруг выглядели по-другому.
Они были одеты легче, в летнюю одежду. Женщина в светлом платье несла сумки с фруктами, подростки болтали и смеялись, кто-то ел мороженое.
Никто не замечал её.
Света стояла на месте, Лёша также продолжал стоять рядом, держа её за руку. Она осматривалась, пытаясь понять, почему она здесь.
И вдруг, она заметила в далеке Лёшу.
Но не призрака.
Живого.
Света застыла.
Перед ней, всего в шестидесяти метрах, по тротуару шёл живой Лёша. Он выглядел так, как и должен был в последний день своей жизни — невысокий, худощавый мальчик с рюкзаком, в котором, наверное, были учебники или вещи с каких-то курсов. Он шагал легко, немного подпрыгивая, будто напевая про себя мелодию. Его лицо было радостным, безмятежным.
Света попыталась крикнуть.
— Лёша!
Но он ничего не услышал.
Люди проходили мимо, занимаясь своими делами, и никто даже не дрогнул. Они не слышали её, не видели.
Света поняла, что находится здесь только в роли наблюдателя.
Её ладонь всё ещё сжимала руку призрачного Лёши, того, который привёл её сюда. Она перевела на него взгляд — он тоже смотрел вперёд, а потом медленно поднял свободную руку и указал в сторону.
Света проследила за его жестом и увидела мужчину.
Он был немного впереди, по правую сторону от Лёши. Присел перед мальчиком, загородив его собой.
Света не могла разглядеть его лица.
Он носил шляпу, из-под которой выбивались тёмные волосы, был одет в джинсы и джинсовую куртку. Обычная одежда, ничего выделяющегося.
Она попыталась подойти ближе, но не могла сдвинуться с места.
Мужчина о чём-то говорил с Лёшей.
Света всматривалась, пытаясь разобрать его слова, но слышала только шелест листвы и далёкие звуки города.
Она видела, как Лёша наклонил голову, всматриваясь во что-то в руках мужчины.
Через секунду Света поняла — это был котёнок.
Белый, крошечный комочек шерсти, который смотрел прямо на мальчика.
Лёша засмеялся, а мужчина сделал жест рукой, указывая в сторону.
И они ушли вместе.
Света пыталась двинуться, пыталась крикнуть снова, но её голос не работал, а тело было словно заморожено.
Лёша уходил, не подозревая, что идёт навстречу своей судьбе.
Света запомнила каждую деталь: как двигался мужчина, как он держал котёнка, как жестом звал Лёшу за собой.
И вдруг всё изменилось снова.
Как только Лёша удалился вслед за мужчиной, мир начал рушиться. Всё вокруг дрогнуло, словно плёнка старого фильма, которую вдруг резко оборвали. Цвета померкли, воздух потяжелел, будто в нём исчез кислород. Света почувствовала, как нечто тянет её назад, утягивает в реальность.
Она моргнула — и вновь оказалась в осеннем парке, погружающимся в сумерки.
Холодный ветер ударил в лицо, заставляя дрожать. Теперь всё выглядело так, как и было до её прикосновения к руке призрачного Лёши — серое небо, тусклые фонари, пустые улицы. Воздух больше не пах зеленью и солнцем, а лишь сыростью и выхлопными газами автомобилей, которыми всегда пахнут городские улицы после дождя.
Света резко огляделась, пытаясь снова найти Лёшу.
Но он исчез.
Она не чувствовала его присутствия — ни рядом, ни в нескольких метрах. Его больше не было здесь.