Перед глазами у неё разворачивалась сцена, которую она не могла осознать до конца. На носилках выносили детей, таких худых, измученных, с запавшими глазами. Их маленькие тела выглядели такими хрупкими, словно могли сломаться от одного неловкого движения. Кто-то из них был без сознания, их лица казались бледными и почти прозрачными. Кто-то, наоборот, что-то говорил медсёстрам, что-то, чего Света не могла разобрать, но в их голосах был свет, была радость, они улыбались, радуясь тому, что кошмар наконец закончился.
Слёзы заволокли её глаза, она даже не заметила, как они начали течь по щекам. Всё тело сотрясалось от нахлынувших эмоций — облегчения, боли, усталости. Её взгляд скользнул за угол дома, где на земле лежало тело, накрытое тканью. Ветер слегка приподнял край простыни, и внутри всё сжалось, но она не могла отвести взгляд.
Всё закончилось.
Но почему она не чувствует облегчения? Почему кажется, что стоит ей сделать шаг, и что-то снова обрушится на неё? Кажется, что сейчас раздастся очередной выстрел, что за её спиной снова появится тень, что ей снова придётся убегать, прятаться, бороться. Невозможно вот так просто взять и закончить этот кошмар.
Объятия Игоря стали крепче, он чуть прижал её к себе, наклонился, чтобы заглянуть ей в глаза. Его взгляд был полон тепла и нежности, в нём не было ни осуждения, ни страха — только забота. Он улыбнулся, так, словно хотел сказать: «Ты в безопасности».
Света посмотрела в эти добрые, родные теперь глаза и прошептала, едва слышно:
— Я же верила, что ты не мог… Но всё убеждало меня в обратном…
Она ещё не могла до конца поверить, что её разум оказался в ловушке чужих манипуляций, что тот, кому она доверяла, оказался безжалостным убийцей. Всё, что она пережила, должно было закончиться здесь, но что-то внутри неё всё ещё не верило в это.
Света стояла, пытаясь собраться с мыслями, когда к ним подошёл мужчина средних лет. Он выглядел уставшим, но собранным и строгим, но не суровым. Света заметила, что у него были проницательные глаза человека, который многое повидал в своей жизни.
— Светлана Андреевна, доброе утро, — он слегка запнулся, словно понимая, что это утро для неё совсем не доброе. — Меня зовут Павел Вадимович, я следователь по делу мальчиков.
При слове «следователь» Света вздрогнула. Это слово теперь вызывало у неё страх и холод. Она больше не могла воспринимать его без опаски. После всего, что случилось, доверять кому-то, кто носит этот титул, казалось невозможным.
Она постаралась улыбнуться, но это получилось у неё с трудом. Губы дёрнулись в слабом подобии улыбки, но сразу же опустились. Она не хотела разговаривать, не хотела снова прокручивать в голове кошмар прошлой ночи, но понимала, что этого не избежать.
— Павел Вадимович… — тихо заговорила она, но голос всё равно предательски дрожал. — Сколько мальчиков спасли?
Следователь нахмурился, тяжело вздохнул и, опустив взгляд, сдержанно ответил:
— Восемь. Трое из них в тяжёлом состоянии, но врачи сказали, что сделают всё возможное.
Света крепче сжала плед, словно от этого могла удержаться на ногах. Восемь. Восемь живых. Значит, трое всё-таки мертвы. Эта мысль ударила, как молот, заставляя её дыхание сбиться.
Но у неё был ещё один вопрос.
— А Митя Перелыгин? — прошептала она.
Павел Вадимович резко поднял на неё взгляд. В его глазах читалось замешательство, даже лёгкое подозрение.
— Перелыгин? — переспросил он, будто не понимая, откуда она вообще знает это имя.
Света почувствовала, как у неё похолодели пальцы. Она понимала, что со стороны её знание деталей выглядит странно, но уже не могла остановиться.
— Да, — тихо кивнула она. — Мальчик… Он жив?
Следователь внимательно всматривался в неё, пытаясь, видимо, разгадать её. Несколько секунд он молчал, потом всё же ответил:
— Да. С ним всё в порядке. Все дети доставляются в больницу для реабилитации.
Света закрыла глаза и с сожалением выдохнула. Его отец поспешил уйти из жизни. Но она сделала хоть что-то полезное. Хоть что-то.
Павел Вадимович посмотрел на неё с сочувствием и, чуть мягче, чем до этого, продолжил:
— Светлана Андреевна, я понимаю, что вы пережили страшные события. Но нам нужно будет встретиться в ближайшее время, чтобы вы всё подробно рассказали. Завтра утром вам будет удобно?
Завтра утром.
Казалось, что впереди её ждёт новый круг ада — вопросы, показания, допросы. Но от этого не уйти.
— Я постараюсь… — глухо ответила она.
— И ещё один вопрос, — продолжил Павел Вадимович. — Вам преступник ничего не говорил про оставшихся мальчиков? Тела мы пока не обнаружили.
Света вздрогнула. Эти слова отозвались леденящим ужасом внутри.
— Нет… — еле слышно ответила она. — Он вообще ничего не говорил.
Следователь тяжело вздохнул и кивнул, словно этого ответа ожидал.
— Спасибо, — коротко сказал он и уже собирался уходить, но вдруг Света почувствовала что-то…
Её взгляд случайно скользнул в сторону деревьев, которые росли вдалеке, за заброшенными домами. И вдруг её словно пронзило током.
Там, у трёх высоких сосен, стоял Лёша.