- Да, постараюсь. В любом случае учиться я ей не помешаю.
- Я в состоянии со всем справится сама, - сказала Лиза. – Если будет болеть, я буду его навещать в свободное время.
- Лиза, - сказала мама.
- Что? Курсы начнутся в феврале. В университет сходить успеется, тем более я позвонила, курсы в марте начнутся. Мы справимся, мам, - девочка становилась взрослой.
Где-то внутри Светланы защемила тоска и страх. Дочь скоро не будет в ней нуждаться. Такая же сильная и храбрая, как и она. Стряхнув непрошенные мысли, старшая Ларина вернулась к привычному. Не так скоро…своей дочке она всё также будет нужна. Просто сейчас она тянется за Никитой. Детство не кончилось, но появились новые задачки, которые Лизка будет также как в начальных классах непременно решать.
- Ладно, но всё мне будешь сообщать. Учеба…
- …на первом месте. Сговорились с Никитой, я поняла Вас. Я не отказываюсь, - сказала девочка, глядя на Никиту, что не вмешивался.
- Малыш, мы ведь лучшего тебе желаем, - лсково произнес больной.
- Я знаю и очень Вас люблю, не переживайте.
- Ну, вот и славно. Я тебя тоже люблю, дочь. Мне пора, дома не позже десяти вечера. Езжай на такси, ночью не броди.
- Хорошо, мам. Идём я закрою за тобой.
Прощались быстро, дверь хлопнула и закрылась на щеколду. Девочка появилась в проеме и оперлась о косяк:
- Ну что будем обедать? Время куриного бульона.
Мужчина лишь простонал, но кивнул, чтобы подавала. Обедали в зале, Никита уже ел самостоятельно. Смотрели телевизор, Лиза убрала посуду.
- Должна сказать “спасибо” твоей болезни, иначе мне бы разрешили, так часто и подолгу тебя навещать. Не думай, что я рада твоей слабости, просто стараюсь искать положительное в этом вопросе, - говорила Лиза, гладя Никиту по волосам, когда они сидели на диване, опираясь друг на друга.
- Может и права, я тоже рад, что не один. Последний раз я так серьезно болел, когда Марина ушла от меня. Я тогда практически промаялся один. Иногда приезжала мама и привозила лекарства, готовила. А сейчас я рад, что есть та, кому я нужен, даже немощным бревном, - хохотнул с грустью в голосе Никита.
- Я буду рядом, когда тебе будет плохо. Сейчас я ничем существенным помочь не могу, как мама или папа, но я буду твоей опорой и не оставлю тебя, - сказала яро девочка.
Стереть воспоминания о других, печаль и тоску, отдать ему всю свою любовь. Пусть для него мир сияет, также как он освещает её мир. Ласковые поцелуи осыпались на Никиту градом, словно крылья ангела порхали и дарили безмятежность.
- Ласковая моя девочка, так мне необходимая, - шептал он. – Тише-тише, а то заражу. Не целуй меня в губы, мммм…..Ли….мммм…зааа! Все хватит! - отталкивал он свою красавицу и смеялся.
- Ну и пусть заболею, будем оба бревнами лежать, и мама будет нас лечить.
- Ты хочешь моей смерти? Не надо Свету сюда, она меня сожрет с потрохами, - ответом ему был заливистый смех и повалившая его на диван неугомонная фигурка.
- Не думай о прошлом, в настоящем у тебя есть я, - сказала Лиза, нависая над ним.
Глаза мужчины заблестели от навалившихся чувств, Никита не мог и слова вымолвить, кусал губы и глядел жадно-жадно на неё.
- У меня есть моя девочка, - хмыкнул он.
- Да, за сим ты приговариваешься к ванным процедурам в моем обществе – говорила дерзко юная соблазнительница.
- Ты просто бессовестно пользуешься моей слабостью.
- Пусть и так, но это ведь только ради твоего блага. Идёмте, Никита Игоревич. Лечение не ждет, - протянула она, вставая, свою руку.
- Идемте, Елизавета Алексеевна, -лыбился больной.
Все хорошо лишь на своем месте и в свое время.
Ромен Роллан
Р. Роллан – был известным французским писателем и профессором истории музыки 19-20 вв.. Ученый очень увлекался творчеством русских классиков Достоевского, Гоголя и очень любил Л.Н. Толстого. Многие говорят, что эпоха мужественности и духовного подъема Франции окончилась после войн Наполеона. Увлеченный трудами Толстого Роллан неоднократно поднимал вопрос духовного становления в своих работах, говорил о том, что так не достает европейцам прошлого века - силы воли и здравого мышления в купе с правильной идеологией.
Во многих своих работах через творчество и ремесло своих героев привносил высокие моральные нормы и посылы. В годы военных действий в 1914 г. писал о негативных влияниях национализма на здоровье нации, как итог враждебное поведение и разжигание войн.
Сознание народа помутилось от политической обстановки. Роллан стал совестью Европы, честным и чистым ее голосом. Для писателя борьба продолжалась: использовались различные литературные жанры для влияния на настроения и сознание общества. Здесь были и романы, и сатира, и очерки. Активный деятель в нём был везде, чутко реагируя на фашистские настроения, описывая их как бич общества. Как говорится - на злобу дня, но порой так часто люди не видят очевидного и не желают быть просвещенными.
