– О плесени! – акцентировал ответ собутыльник, не мигая глядя в глаза – по пьяни взгляд держится легче. – Забыл уже…
Кот напряг лицо, стимулируя память, и через секунду тряхнул головой.
– А-а-а… – ему словно бы полегчало, как если бы до этого он успел испугаться в ожидании чего похуже – претензии по распределению женского пола, например. – Ты об этом…
– Ну да! Чё ты инициативу-то проявляешь? У нас… У вас… – Боб, выбрав-таки мысль, утвердительно махнул рукой: – У нас у всех этого не любят… Инициатива наказуема! Смотри, нарвёшься в своём стремлении на грубость… Я думаю, что ваши совершенно официально к нам с этой плесенью придут… А может уже пришли! Все приходят…
Дзынь – рюмочки. Пых – сигаретки.
– …Поэтому в любом случае порожняк прогонишь. Не наберёшь ты тут очков. Даже… Ха-ха… в своём показательном служебном рвении. Ха-ха-ха…
Язва, всё-таки, Боб! Но Кот ничуть не смутился:
– А по фигу! – он тоже забыл про показательные приличия. – Нет так нет, с меня не убудет. Но и грех не проявляться, когда вся контора плесенью заросла, и никто не знает почему. А у меня друг – химик! Грех не использовать такой момент, правда? Ты ж-же мне друг?!
Боб, хоть и обратил внимание на сию утилитарность в подходе, но купился на искренность, с какой она была высказана. Он молча затянулся сигаретой и постарался – смог! – не поднимать глаза на «друга». Не стал обижать того надутым романтизмом:
– Полезная дружба лучше, чем бесполезная?..
Кот сморщился и втёр окурок в пепельницу:
– Брось! Очень часто самая бескорыстная дружба начинается именно с практического интереса…
И ведь прав! Нельзя очевидность отрицать. Поэтому Боб поунял романтизм даже в его минимуме и стал дружить по предложенным правилам:
– Ну-у, твой интерес ясен… Давай теперь о моём поговорим… Химанализ – это ведь работа…
– Во-от! Правильный подход к дружбе… в смысле, к делу… Говори цену.
Боб сразу стушевался, однако быстро нашёлся и, посчитав в уме рабочее время спеца своей квалификации плюс реагенты плюс энергозатраты, назвал сумму оплаты.
– Годится. Соскобы материала для исследования и аванс завезу в понедельник после обеда в лабораторию…
– Нет! – резко перебил, словно испугавшись чего-то, Боб. – Не в лабораторию, а домой! Адрес такой-то… Вечером домой. Да! Кстати! – Он даже пальцами щёлкнул от просветления. – Конспиративный характер исследования предполагает удорожание работ в… два раза.
Кот откровенно изумился быстро созревшему нахальству партнёра в деловом подходе к дружбе. Однако, как говорится, за что боролись… Сошлись в итоге на полуторной цене.
Через несколько дней на трубке Кота отобразился вызов, которого он с нетерпением ждал – Боб…
Кот хоть и сказал, что ему «по фигу!», но ведь это по пьяни по фигу-то – под алкогольным градусом действительно всё гораздо более по фигу, чем без оного… Однако, протрезвев и передав собственноручно и тайно (карьерная интрига всегда предполагает тайну!) полученные на салфетки образцы плесени Бобу на пробу, стал нервничать по поводу сроков исследования. Очень хотелось первенствовать в получении информации о вселившейся в здание ВЦИСПОМа заразе, Боб ведь что-то такое проговорил про кучу официальных уже обращений. Кот даже представлял себе, с каким сдержанно гордым видом он придёт с этим знанием, как с сюрпризом, в кабинет директора Центра…
Хотя нет… Сразу к директору – это чересчур… Чревато ответными интригами в самых неожиданных местах! Через головы непосредственных начальников можно оправданно прыгать только в случае чего-то по-настоящему чрезвычайного, требующего немедленного вмешательства ключевого – первого – лица. А тут сенсация маловероятна – откуда? – плесень! – и надо знать своё место… «Всяк сверчок знай свой шесток»!.. То есть показательно давать понять каждому чуть-выше-стоящему, что «он – начальник, я – дурак».
И удивительно, но стоило только Коту ввести свои мечты, начавшие было перепрыгивать через устоявшиеся, подобно многовековым крепостным стенам, иерархические ступени, в требования служебного регламента, как мечтать стало намного спокойнее – безопаснее для нервов.
Но и загонять мечтания в жёсткие рамки должностной инструкции было бы противоестественно – мечтания же! Должен же быть в них хоть какой-то полёт… А непосредственный начальник Кота – завсектором – оказался так мелок, что с высоты даже ограниченной субординацией мечты совсем не просматривался.
Первая крупная фигура, не могущая быть незамеченной в деле, касающемся внутренней жизни учреждения, – это начальник режима. Да! Вот о докладе кому мечты самые удобные… И даже обязательные!
