— Ну, — сказал Джеслин скромно, — ничего особенного. Да и что я мог, младший член исследовательской группы, сборщик образцов дикой природы?
— Только не надо прибедняться! Ведь ты у нас еще и психолог.
— Вот-вот, — подхватил Джеслин, — это ты в самую точку угодил! Руководствуясь чисто психологическими соображениями, я, можно сказать, просто выкрутил «пробки» у них в мозгах. Мне удалось завести в гипношоковый капкан одного из машлюдей; а поскольку я до этого выяснил, что они все — как бы ячейки одного коллективного разума, то через этого челмаша импульс шандарахнул и по всем остальным. Подробности — по прибытии на базу. Сейчас они все парализованы. Через несколько часов они вновь должны обрести способность двигаться, но в течение многих дней после этого они не смогут предпринять ни одного осмысленного действия без посторонней помощи. К этому времени мы загоним в стойло последнего челмаша.
Когда Говант отключился, Джеслин спустился из Пойнтера на землю и направился к несчастному Халиду. По дороге он обдумывал слова, с которыми обратится к челмашу, чтобы тот в добровольно-принудительном порядке и в самые сжатые сроки обеспечил:
а) отключение бесцельно слоняющихся по лесу энергометов;
б) сбор и складирование в одном месте контуженых летунов;
в) послушный перевод на планетную орбиту захваченной ими патрульной канонерки и своего космического корабля.
Джеймсу Генри Шмицу было известно важнейшее правило, как писать о фантастических приключениях:
И все же, незнакомым со Шмицем читателям обзорная экскурсия по Ядру, что это такое и откуда взялось, может оказаться полезной.
В будущем Шмица человечество оставляет старушку-Землю медленно, но неуклонно. Приблизительно за первую тысячу лет межзвездных путешествий был основан только ряд отдельных колоний, которые он называет «Старыми Землями». Землеподобные планеты были редки и обнаружить их было трудно. В «Симбиотах» («The Symbiotes») мы узнаем, что «Обитатели Старых Земель начали проект генетической миниатюризации для того, чтобы как-то скомпенсировать нарастающую с каждым поколением диспропорцию между количеством населения и пригодных для колонизации миров».
Ко времени действия «Налакийской крови» («Blood of Nalakia») человечество обнаружило плотное скопление землеподобных миров, известное как системы Ядра Звездного Скопления. Там и было сформировано большинство колоний. Ядро (в противовес Федерации, как политическому образованию) — это звездное скопление, скорее всего крупное и с довольно отчетливыми границами.
Но «Налакийская кровь» —
Хотя Шмиц не написал ни одного рассказа об этих столетьях, у него, по-видимому, имелись весьма конкретные представления о том, что тогда происходило. «Люди сражались друг с другом всюду [в Ядре] на протяжении многих звездных эпох с непреходящей яростью, редко наблюдавшейся у других существ». В одном из рассказов он даже упоминает причину войн: психологический контроль над планетарным населением. Есть намеки, что погибали целые планеты. Одной из них могла оказаться и наша Земля.
Жители Ядра помнят о Земле, или, по крайней мере, о ее историческом значении, но контакта с ней нет. Есть упоминания о таких видах, как обезьяны, выдры, лошади и секвойи, что были «законсервированы в Жизненных Банках на Маккадоне», но нет ни одного конкретного упоминания,
По окончании этой длившейся веками ужасной войны и была основана Федерация Ядра Звездного Скопления.
Федерация велика. В «Наследии» («Legacy») мы узнаем, что в нее входит тысяча двести пятьдесят восемь миров (включая двести четырнадцать запрещенных планет) с общей численностью населения свыше шестисот миллиардов. Это дает Шмицу необходимое пространство для создания любых непохожих культур и приключений. А если этого недостаточно, то есть миры и за пределами Ядра Звездного Скопления: Преколониальные планеты, территории Независимых Флотов, владения разнообразных нечеловеческих разумных существ.
