— Ты не поверишь, это самопроизвольно, — уныло поведала, провожая взглядом какое-то странное черно-золотистое упитанное существо, которое бабочку напоминало разве что крыльями. Оно изящно прошлось по воздуху, перебирая пухлыми ножками, повернулось и показало мне язык.
Ярр схватил это недоразумение, размахнулся и выкинул в окно:
— Иди к хозяйке!
— Это кто? — оторопела я.
— Пикси, — пояснил Хранитель. — Слуга Ровены.
— Сам ты слуга! А я вассал! — раздался противный голосок, мы повернулись и увидели эту мелочь, парившую за окошком, трепеща крылышками. В когтистых лапках появился какой-то шарик, которым пикси запустил в Мидьяра. — Гад, я чуть не разбился!
Ярр пригнулся, и непонятная пакость грязно-коричневого цвета пролетела над его головой и кляксой расплылась по белой стене.
— Ну не разбился же, — флегматично пожал плечами мужчина.
— Так не твоими стараниями! — заверещало нечто.
— Уйди отсюда! — рыкнул Хранитель.
Пикси фыркнул, гордо вздернул нос и удалился. Или улетел?
— Ярр… — начала я.
— Каждому князю или княгине положено существо в услужение, — вздохнув, начал объяснять Искусник. — Низшие фейри. У кого-то кельпи, у некоторых пегасы, а нашей вот это недоразумение досталось.
— А почему я его не видела раньше?
— Он редко показывается. Я впервые увидел вообще через полгода после знакомства с Ро. И то при своеобразных обстоятельствах…
— Понятно… — вздохнула я.
— «Своеобразные обстоятельства», — скрипуче передразнил соткавшийся из воздуха рядом с плечом Хранителя пикси. — Так и скажи, что я морду тебе набил!
— Ты ее разве что поцарапать можешь, — осадил горделиво приосанившегося коротышку Ярр. — И вообще, уйди отсюда, Фикс, а то занятие срываешь.
— Нет. — Чернуля откинул с мордочки золотые волосы, подтянул короткие светлые штанишки. — Я развиваю наблюдательность и умение абстрагироваться от внешних раздражителей.
— Так… раздражитель, — прищурился Мидьяр, — исчезни, а то повторишь вылет в окно, но я уж позабочусь, чтобы ты упал!
— Злобный, — фыркнул в ответ пикси и снова испарился.
— Аля, делай бабочек, — устало попросил меня наставник.
Я послушно занялась крылатыми. И спустя пять минут вокруг кружила стайка магических насекомых. От меня требовалось контролировать их полет и численность. Если они врезались во что-либо, то таяли.
— Ярр, а за что ты его не любишь?
— Просто так, — поморщился Искусник.
М-да. Непросто. Но настаивать чревато.
После занятий мы пошли в столовую. Там уже была вся компания.
Мариоль и Аэрлис устроились на подоконнике и тихо что-то обсуждали. На этот раз в виде исключения, кажется, не химию. Лирвейн развалился с бумагами на слишком коротком для него диванчике, поэтому длинные ноги волшебника смешно свешивались через подголовник.
Асгард разбирал на обеденном столе очередную непонятную штуку, но сейчас я даже примерно не могла определить ее назначение.
Обычный вечер в обычной резиденции самых обычных Хранителей Империи.
Тут распахнулись двери, и вошла Ровена. В официальном наряде. Более того, со строго убранными в высокую прическу волосами.
Девушка с грохотом закрыла двери, подвинула ноги Лира и с размаху уселась на диван.
— Ро! — взвыл Водник, резко садясь.
— Что? — непонимающе оглянулась Хранительница. — Ой да, прости, я совсем забыла.
Фейри вытащила из-за спины тубу.
— С-с-сзабыла, — со свистом выдохнул беловолосый. — Больно, между прочим!
— Ну прости! — Ро виновато улыбнулась, наклонилась и чмокнула орвира в щеку.
— Откуда ты такая образцовая? — поинтересовался с подоконника Аэрлис.
Светоч вытянула ноги, с отвращением оглядела изящные туфли и быстро их скинула. Потом повытаскивала шпильки из прически, расстегнула ворот строгого платья.
— Встреча с Мерцающим, — вздохнула она. — Никак не отвертеться было, пришлось идти.
— Результативно хоть? — не поднимая глаз от своего устройства, спросил Оружейник.
Хранительница нежно провела ладонью по тубе.
— А то как же!
— Ну и отлично, — улыбнулся Мидьяр. — Народ, если честно, я очень хочу есть. Совсем немного, и это состояние подойдет к отметке «жрать».
После такого отчаянного воззвания все устыдились и отправились ужинать.
Позже сидели в гостиной. Каждый занимался своим делом, а мне втолковывали основные уложения законодательства. Надо заметить, в голове они задерживаться не желали, хоть я честно старалась слушать Лира. Но скучно!
— Александра, на сегодня все, — устало сказал Хранитель Воды и закрыл гражданский кодекс. — Между прочим, не только тебе скучно! Мне по третьему разу это напоминать тоже никакого удовольствия не доставляет…
— Я стараюсь, — спокойно пожала плечами в ответ.
— Понимаю. Но эту гадость нужно выучить. Вернее, хоть запомнить, что и куда относится и как быстро найти.
Уже позже, готовясь ко сну, я размышляла о превратностях судьбы.
Не понимаю Лирвейна. Вот вообще.
Стоило раньше делать гадости и вести себя настолько отвратительно, чтобы сейчас пытаться все загладить и снова пытаться вывести отношения на прежний приятельский уровень? Ведет он себя совершенно по-другому. Доброжелательно и даже… заботливо. Теперь это отчетливо сквозит в его поведении.
