Но приблизившись, я понимаю, что он не читает. Его глаза красные, а на щеках следы от слез. Книга просто открыта, он на нее даже не смотрит, а хотдог еле надкушен.
Я кладу руку ему на плечо и понимаю, что на какую-то секунду он даже не узнает меня, просто смотрит мимо.
Но тут его глаза проясняются, и он сильно меня обнимает. Мне неудобно, но плевать. Я чувствую, что его тело сотрясает дрожь, он плачет.
Пока я обнимаю его, Сесилия рассказывает, как нашла нас, как Алекс помогал ей целый день. Ее дядя работает в Квалькомме, и он как раз был в ответе за то, чтобы соорудить здесь место для эвакуации. Когда она, наконец, берет передышку, я смотрю на Бена. Он улыбается:
- Я найду машину и подгоню ее ко входу, увидимся там. Сесилия, пойдем со мной.
Когда они уходят, я спрашиваю Алекса:
- Где твои родные?
- Я не знаю, - отвечает он. - Родители в списке пропавших. Слава Богу, мамы не было дома во время землетрясения, иначе она бы точно погибла. Но где она - я так и не знаю. Я надеюсь, что где-то здесь, тогда она точно должна найти меня!
Вот, уж, не сомневаюсь.
- А отец?
Он качает головой:
- Здание, где он работал, полностью разрушено. А его офис был на 13 этаже..
Но никто не знает, был ли он на месте..
- Мне так жаль, Алекс, - я опять обнимаю его. - И прости за все, что я тебе сказала.
Он так сильно сжимает меня, что становится больно:
- Я должен был поверить тебе.
- Это все слишком смахивает на сумасшедший дом. Неудивительно, что ты не поверил, - я улыбаюсь в ответ.
Алекс вытирает глаза:
- Ты видела Джареда и Страза?
- С ними все в порядке, - меня отвлекают эти книга и хот-дог. - Ты сам как? в порядке?
- Все будет хорошо, - не слишком убедительно отвечает Алекс. - Я волновался, что твои кожа и кости уже превратились в желе.
- Вот, уж, спасибо, - и как самая настоящая девочка я начинаю рыдать.
- Прекрати, иначе я тоже сейчас заплачу!
Я закатываю глаза:
- Не надо. За последнюю неделю мы все рыдали больше, чем вообще в жизни. Давай уже завязывать с этим.
Алекс даже не улыбается.
И мне приходится сказать то, что я знаю:
- Это еще не само столкновение, это только начало..
И после я выкладываю все, через что мы с Беном прошли у Барклая.
Я заканчиваю, и Алекс глубоко вдыхает.
- Так что нам все еще надо найти того, кто открывает порталы, и попытаться остановить его.
И тут Алекс говорит:
- Я знаю, кто убил твоего отца. И, кажется, знаю, кто открывает порталы.
Сердце набирает бешеный ритм. Правильно ли я все расслышала?
- Что? - еле выдыхаю я.
В него выстрелили три раза. Один раз в руку, два - в грудь.
Я внимательно смотрю на Алекса, я готова к правде.
- Это был Рид.
Это имя я точно не ожидала услышать.
- Как? Как ты узнал?
Я смотрю на Алекса и понимаю, что он уверен на все 200% в том, что говорит.
Я думаю о Бене. Рид и Элайджа - его семья, и когда тебя предает кто-то из родных - это ужасно. Но я тут же вспоминаю о своем отце, которого уже нет вживых, и переживания за Бена отходят на второй план.
Рид не вернется домой, он до конца жизни останется в тюрьме на этой планете.
Алекс кивает:
- После землетрясения, я поехал домой, а оттуда в Скриппс, чтобы проверить Элайджу. И он рассказал мне пару вещей, которые пролили свет на все происходящее вокруг.
- В смысле?
- В Парк Вилледж есть дом, за каньонами, сейчас он выставлен на продажу.
Пару раз Элайджа там ночевал, когда его отношения с приемной семьей накалялись до предела. И там же Рид скрывал какие-то вещи от Бена.
Помнишь, бумажку с цифрами, что мы нашли в кошельке твоего отца?
Я задерживаю дыхание.
- Это адрес.
Я стараюсь не терять связь с реальностью. Мы должны поговорить с Ридом и Элайджей. Я должна все рассказать Стразу. Но не буду. Я думаю о том, что кто-то застрелил моего отца, даже не дав тому шанса защититься. Я смотрю на Алекса:
- Пошли!
Когда мы спускаемся по лестнице и уже видим Бена, Алекс хватает меня за руку:
- Стой.
Я поворачиваюсь с надеждой, что он не передумал и не заставит меня идти и рассказывать все Стразу.
Он не передумал.
- Ты - мой лучший друг, Джи. Пусть ты бываешь слишком истерична, пусть мы ссоримся, пусть ты украла мои игрушки, когда мы ходили в детский сад, но все равно, ты - самый дорогой человек в моей жизни.
- Я знаю, Алекс. Ты для меня, то же самое! - опять глаза на мокром месте. - К чему эти сентиментальности?
- Завтра может настать конец света.
- Алекс, это не какое-нибудь дурацкое кино, - говорю я, хоть и понимаю, что он прав. Но я уже не могу плакать. - Эти прощальные монологи ни к чему.
- Но я надеюсь хотя бы на один монолог от злодея! - бурчит Алекс и спускается по лестнице.
Не знаю насчет монолога, но ответы мне точно нужны!
Но я молчу об этом, потому что уже вижу Бена в машине. Если завтра действительно настанет конец света, мне надо, чтобы Алекс знал:
- Кстати, это не я украла тогда твои игрушки. Ты их где-то забыл, а твоя мать нашла и выкинула, она ненавидела этих героев комикса!
Пока мы едем, Алекс повторяет свой рассказ Бену.
- Не может быть, - отвечает Бен, когда Алекс говорит о том, что Рид убил моего отца.
Он смотрит на меня:
