Разоблаченная Изида. Том II полностью

Кто бы ни пожелал убедиться, что и ныне существует религия, которая веками ставила в тупик наглое любопытство миссионеров и настойчивые поиски науки, — пусть попытается вторгнуться в уединение сирийских друзов, если он может. Он найдет, что они в количестве 80 000 воинов рассеяны от равнины к востоку от Дамаска до западного побережья. Они не ищут прозелитов, избегают известности и дружески относятся, поскольку это возможно, и к христианам и к магометанам, уважают религию любой другой секты или народа, но никогда не откроют своих собственных секретов. Напрасно миссионеры называют их нечестивцами, идолопоклонниками, разбойниками и ворами. Ни угроза, ни взятка, ни какие-либо другие соображения не заставят друза обратиться к догматическому христианству. Мы слыхали о двух обращениях на протяжении пятидесяти лет, и в обоих случаях обращенные кончили свою карьеру в заключении за пьянство и кражу. Они оказались «настоящими друзами»,[397] сказал один из их вождей при обсуждении этого предмета. Никогда не было случая, чтобы посвященный друз стал христианином. Что же касается непосвященных, то им даже не позволяют взглянуть на священные писания, и никто из них не имеет ни малейшего представления о том, где они хранятся. В Сирии имеются миссионеры, которые хвастают, что в их распоряжении имеются несколько копий. Те тома, которые якобы являются правильными изложениями этих тайных книг (например, перевод, сделанный Petis de la Croix в 1701 г. с трудов, преподнесенных французскому королю Наср-Аллахом), являются ничем иным как компиляцией «секретов», более или менее известных каждому обитателю южных хребтов Ливана и Анти-Ливана. Это был труд одного дервиша-отступника, который был изгнан из секты Ханафи за нехорошее поведение — растрату денег сирот и вдов. «Expose de la Religion des Druzes» в двух томах, написанное Сильвестром де Сакю (1828 г.), является другим трудом, представляющим сплетение гипотез. Один экземпляр этого труда можно было найти в 1870 году на подоконнике одного из главных Holowey или места религиозных собраний. На настойчивые вопросы одного английского путешественника по поводу их обрядов, Окхал[398] почтенный старец, одинаково хорошо говорящий как по-английски, так и по-французски, открыл том де Сакю и, предлагая его своему собеседнику, сказал с благосклонной улыбкой:

Путешественник понял намек.

Маккензи говорит, что они поселились в Ливане около десятого века и

Мы цитируем вышеприведенное лишь для того, чтобы показать, как мало даже такие заслуживающие доверия люди, как Маккензи, знают в самом деле об этих мистиках.

Мошеим, который знает столько же, или, вернее, столь же мало, как любой другой, вправе приписать себе в заслугу откровенное признание, что

Еще бы, — мы бы сказали!