В тяжелые моменты на помощь всегда должны приходить друзья, но что делать, если ты не можешь им довериться или они от тебя отдалились? Что делать, когда руку помощи тебе дает враг, и ты больше ни дня не можешь без него? когда единственное желание, это сломать его личность и подчинить себе. кто победит в таком противостоянии? Когда рушатся малейшие намеки на счастье, что же выберут они - идти за руку против всех или быть в гордом одиночестве, но живыми? Как сохранить человечность в военное время?
========== Введение ==========
В этом году речь профессора Дамблдора была действительно долгой, мрачной и совершенно не интересной. Даже Гермиона Грейнджер была вынуждена признать это. Вот уже целых сорок три минуты он, как обычно, призывал жить дружно, сплотиться в этот трудный час и беречь друг друга. Даже потолок в Большом зале приобрёл грозовой оттенок, а напряжение, подобно обитающим в Хогвартсе призракам, парило между столами, перескакивая от одного ученика на другого. Казалось, протяни руку, и его искры можно будет почувствовать кончиками пальцев.
– А сейчас ешьте, – профессор закончил свою речь, представив новых преподавателей в этом году. - Утолите свой голод, друзья, а потом идите в ваши кровати. Уже завтра у вас начнутся тяжелые дни, – немного помолчав, профессор добавил, – Тяжелые для всех нас.
– Ну наконец-таки! – Рон довольно похлопал себя по животу, – думал, отправят спать, не накормив.
– Рон, ты можешь хоть иногда думать не о еде, – возмутилась Гермиона.
– А что я? Все голодные сидим, – стал оправдываться парень, – Гарри, хоть ты ей скажи!
– Да ладно, не ругайтесь, – Гарри улыбнулся своим друзьям. – Я тоже такой голодный, что один съел бы целого великана.
На столе появилось море еды. Как всегда, домовые эльфы постарались на славу –разнообразием приготовленных блюд можно угодить самому привередливому гурману, что уж говорить о проголодавшихся детях! Со всех сторон послышалось звяканье столовых приборов, тут и там ребята болтали о том, как они провели лето и, естественно, обсуждали изменения в преподавательском составе.
– Никогда бы не подумала, что профессор Снегг будет преподавать ЗОТИ, – сказала Анджелина. – Он нас убьёт на первом же занятии, весь факультет, – грустно улыбнулась девушка.
– Альбус Дамблдор посчитал это уместным, поэтому мы должны это принять, –немедленно встала на защиту бывшего профессора зельеварения Гермиона. – Мы не вправе обсуждать или критиковать его решения! – продолжила девушка. – Этот год будет сложным, и я думаю, – Гермиона обвела всех своих соседей выразительным взглядом, – Что Снегг – это лучший вариант.
– Но… – открыл было рот Рон, но получив ловкий удар локтем под ребра, замолчал.
Убедившись, что никто не собирается с ней спорить, Гермиона бегло окинула взглядом стол – ничего легкого для неё не было. Она решила посидеть на диете, все-таки ей скоро будет семнадцать, а мальчики обходят ее стороной, что вызывает некоторую неуверенность в себе. Хотя Гермиона и под дулом пистолета не признается в этом. Мясо быстро разошлось по тарелкам, а Рон уже доедал вторую курицу.
– Ты это снова сделал, – констатировала Гермиона, но встретив непонимающий взгляд Рона, пояснила, – курица, – кивнула она на тарелки, – ты везде оторвал ножки.
– Не делай трагедию, – вступилась Джинни за брата. – Выбери другую часть или вообще что-то другое, – младшая Уизли превращалась в настоящую тигрицу, если чувствовала, что кому-то из семейства требуется помощь. – Тебе стоит думать сначала о себе, а потом уже читать нам лекции, – подруга смягчила боевую тираду, а потом, рассмеявшись, добавила. –До начала учебного то года.
Несколько гриффиндорцев подхватили смешок и уже спустя буквально пару минут даже до стола факультета Слизерин было донесено, что учебный год еще не начался, а Грейнджер уже включила зануду.
Гермиона сосчитала до десяти, успокоилась и выбрала из вазы с фруктами самое большое, самое красное, самое сочное, на ее взгляд, яблоко.
– Ой, - вырвалось у девушки, – кислое, – скривилась она.
– Не повезло, – кажется, это сказала Кэтти Белл, которая сразу же вернулась к прерванному с Анджелиной разговору.
Все вокруг уже беседовали с соседями слева или справа, некоторые умудрялись даже кричать что-то на другой конец стола. Прислушавшись, Гермиона не смогла для себя решить, к какому разговору она хочет присоединится. Тут мальчики обсуждали квиддич, девочки, слева от неё, болтали о своих нарядах, которые им уже шьют на рождественский бал.
«Хоть бы кто-то подумал о учебе! – возмутилась девочка. – Через год экзамены, а они думают о мальчиках и танцах!».
Скучающим взглядом она стала осматриваться вокруг, отмечая, как кто изменился, повзрослел. Перепрыгивая с одного беззаботного лица на другое, она наткнулась на точно такой же скучающий взгляд.
Гермиона поежилась, за шесть лет обучения в Школе чародейства и волшебства, это стало привычной реакцией на Драко Малфоя. Передернув плечами, будто в огромном зале стало резко холодно, девушка уткнулась в свою тарелку так низко, что практически задевала своими непослушными волосами ее содержимое. Но даже не смотря на это, она продолжала чувствовать взгляд серых глаз.
Гермиона сначала повернулась к своему соседу справа, что-то у него спросив, затем, обращаясь к девочке, сидящей слева, бегло окинула слизеринский стол, фокусируя взгляд только на одном лице.
«Что же ты смотришь сюда, – начинала паниковать Гермиона и легонько ёрзать на скамье».
– У тебя все хорошо? – поинтересовался Гарри, накрыв руку Гермионы своей.
