— Я уже много лет занимаюсь живописью. Ну, как занимаюсь, просто рисую. Поэтому хотела бы узнать твое мнение по поводу моего творчества. Если тебя это не затруднит, конечно.
— Ты что, я с удовольствием посмотрю твои работы в любое время. Можно даже завтра у меня дома.
Сначала я вскинула брови от такой наглости, но затем вспомнила, что мне с моим помощником необходимо будет приехать завтра к нему и сделать замеры помещения. Поэтому быстро стерла возмущенное выражение со своего лица. Договорившись обо всем, мы покинули кафе, и он галантно проводил меня к машине.
— Всего доброго, — я хотела сесть в машину, но Кирилл поймал мою руку и поцеловал внешнюю ее сторону.
— До свидания, Арина. С нетерпением жду встречи с вами завтра.
Отъезжая, я кинула последний взгляд в сторону молодого человека. Слишком сильно меня смущал его напор. Я сразу поняла, что нравлюсь ему как девушка, но нужно будет прямо сказать парню о моем нежелании выходить за рамки работы.
Да какое вообще тут может быть желание?! Кроме Димы мне ни один мужчина никогда не будет нужен.
Главное, чтобы Дима не заметил этого интереса в мою сторону. Иначе он подробно намекнет парню, кому я принадлежу. Но намекать он станет, если тот позволит себе какую-либо выходку в мою сторону. До этого же момента будет лишь следить за ситуацией, чтобы ни в коем случае не вредить моей работе. Проходили, знаем.
Набрав номер Димы, я свернула за поворот и прислонила телефон к уху.
— Привет, котенок.
— Привет, — взглядом наткнулась на глуповатую улыбку в боковом зеркале.
— Все в порядке? Ты сейчас за рулем, что ли?
— Я хочу напомнить, что завтра к нам придет Вероника. Ты же помнишь?
В динамике послышался обреченный вздох.
— Помню. И за приветливую улыбку тоже помню.
— Только оставь ее на своем лице подольше, хорошо? Для меня это очень важно.
— Я буду ангелочком, — процедил Дима.
— Это уже слишком, — засмеялась я и попрощалась с мужчиной.
Не знаю, что произошло между ними, но я намерена помирить своих двух самых родных людей. Я никогда не смогу выбрать одного из них, они нужны мне оба. Поэтому им придется снова стать друзьями, как раньше. А я им в этом помогу.
Переводя взгляд с сестры на Диму и обратно, я чувствовала, будто плотные стены неприязни смыкаются вокруг нас. За весь вечер они не проронили ни слова, лишь изредка отвечая на мои реплики и вопросы. Это молчание уже порядком мне надоело, поэтому я решила спросить напрямую.
— Что между вами произошло?
Вероника опустила взгляд в тарелку и неловко заерзала на стуле. Дима же сверкнул в меня строгим взглядом и предупреждающе покачал головой.
Нет уж, дорогой. Сегодня мы должны к чему-нибудь прийти. И мы придем, уверяю.
— Вы оба язык проглотили? Отвечайте! — прикрикнула я, разозлившись на их обоюдное молчание.
Дима подскочил из-за стола и напряженно подошел ко мне. Испугавшись на мгновение, я краем глаза заметила, как вздрогнула Вероника и посмотрела в сторону выхода. И я ее понимала, так как находилась в идентичном состоянии. Не подумайте, что я боялась своего мужчину, нет. Просто понимала, что если он действительно разозлится, то настроить его на разговор уже точно не получится. Поэтому как можно непринужденнее посмотрела ему в глаза.
— Пойдем-ка, выйдем на минутку, — вкрадчиво произнес он и протянул мне руку.
Я быстро замотала головой и отодвинулась немного от него, при этом зацепив рукой бокал, наполненный белым вином. Звук разбивающегося стекла был до боли знаком, напоминая о накануне проведенной страстной ночи. Видимо, Дима тоже вспомнил ту ситуацию на кухне, так как его губы сложились в плотоядную ухмылку.
— Ты хочешь, чтобы я напомнил тебе, чем заканчивается у нас битье бокалов? Не думаю, что твоей сестре это понравится.
Зардевшись от смущения с головы до пят, я взглянула на Веронику, которая догадалась, о чем мы говорим, и попыталась встать из-за стола.
— Сиди, — процедил ей сквозь зубы Дима и вновь повернулся ко мне. — Жду через минуту в коридоре.
Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Прикрывая дверь, я услышала звон разбитого стекла. Вероятно, моя чрезмерно чистоплотная сестра решила убраться в столовой в наше отсутствие. Повернувшись к мужчине, приставила руки к бокам и с укором посмотрела на него.
— Почему ты так се…
Мое возмущение было прервано одним взмахом руки. Заключив меня в крепкие объятия, Дима тихо отметил:
— Никогда моя женщина не смеет повышать на меня голос в присутствии других людей. Будь это даже ее родственники, понятно?
Я оттолкнула его от себя и дрожащим от обиды голосом выплеснула на него все скопившиеся за вечер эмоции.
— Ты только и можешь, что требовать. А давать взамен так и не научился. Зачем было позорить меня перед сестрой? Она теперь подумает, что ты меня вообще ни во что не ставишь.
— Мне все равно, что она подумает. Если тебя что-то не устраивает, мы обсуждаем это наедине. И наедине я могу сказать тебе причину моей неприязни к твоей сестре.
