Разорванный круг полностью

флота Благословенного почитания

Уссанская система

2553 г. н. э.

Девятый Век Восстановления

Зо Рескен старался удержать их, но это становилось все труднее. Где-то их союзники сражались с врагом. А они оставались здесь, бесконечно обыскивая запрещенную солнечную систему. На их корабле не было сканирующих устройств дальнего действия. Он не был приспособлен для наблюдения. И потому они начали облет и осмотр этой немалой системы… в поисках чего-то забытого.

Они искали сокровище на пространстве в миллионы миль. Они искали реликты, которые, как утверждал Зо, выведут их на поразительно богатый реликварий, они обследовали скалистые луны, планеты, в небесах которых с воем гуляли метановые ветры; они вели поиск в поясе астероидов, подлетали к кометам и обследовали их, искали путеводную нить… находили слишком много всего и в то же время слишком мало.

Их продовольственные припасы были на исходе, как и их терпение.

Лишь исследование поверхности лун, планетоидов, астероидов смягчало их беспокойство. Время шло; время уходило.

Но пояс астероидов был огромен, как орбита планеты на задворках системы. Там было что увидеть и много такого, что увидеть невозможно.

И случай завел их не в ту часть пояса астероидов – в противоположную; между ними и колонией уссанистов на плоскости эллиптической орбиты сияло солнце системы.

Но потом этот день настал…

Зо Рескен раздраженно поднял взгляд на открывающуюся с шипением крышку люка в герметичном склад-трюме, который использовался и как лаборатория.

– Я пришел посмотреть на последний урожай с пояса астероидов, – сказал Г’торик.

Они называли это «урожай» – они теперь использовали слабое гравитационное поле, чтобы подбирать в астероидном поясе все казавшееся искусственно созданным.

– Вот, – пробормотал Зо, доставая очередной фрагмент из-под поцарапанного и грязного металлического стола и укладывая его под направленный вниз конус анализатора.

Трехмерное изображение погнутого металлического фрагмента увеличилось, медленно поворачиваясь в голографической репрезентации над столом. На фрагменте виднелась часть древней, но знакомой идеограммы.

– Видите – Предтечи.

– Да, но проблема все та же: маленький фрагмент, – сказал Г’торик, кивая на разложенные на столе реликты, вернее – на горку всякого хлама. – Может быть, здесь больше и нет ничего? Может быть, взрыв полностью уничтожил то сооружение, но даже если от него что-то и осталось, за две тысячи солнечных циклов оно вполне могло…

– На самом деле со времени предположительной гибели этого планетоида прошло гораздо больше чем две тысячи солнечных циклов, – сказал Зо, разглядывая другой сплавной фрагмент. – Занятно, вот этот материал совершенно металлический, но в то же время он и не только металлический. Мы воспроизвели некоторые металлы Предтеч, но этот может быть их последним творением.

– Вы держите его голыми руками, – заметил Г’торик. – Вы пропустили этот урожай через радиационный очиститель?

– Да. Потребовалось две очистки. Впечатление такое, будто кто-то пытался создать вокруг этих фрагментов высокий уровень токсичности, чтобы тот, к кому они попадут в руки, решил: искать здесь нечего, кроме смертельно опасного хлама. – Он посмотрел на Г’торика. – Вы все хотите прекратить поиски?

Г’торик поколебался несколько мгновений.

– Так будет лучше, – признал он, – в особенности в свете новостей, которые, вероятно, более волнительны для сангхейли, чем для сан’шайуум.

– И что это за новости? – спросил Зо, пытавшийся расшифровать идеограмму.