Очнулся впервые тут я в луже крови, если не вдаваться в подробности, то похоже, что этот дурачок пытался покончить с собой, у него это не вышло, но он всё равно умер от артериального кровотечения. Даже не представляю, какой у него должен быть для этого уровень везения. Но на этом сюрпризы не закончились, ведь о магии я помнил очень много, но сам ничего сделать не мог, всё, что у меня получилось, — это маленький светлячок на кончиках пальцев, и тот появлялся только после значительных потуг. Меня это тревожило, то ли бывший владелец этого тела был бездарен, то ли я не адаптировался должным образом, но при жизни, насколько я помню, он также не умел колдовать, поэтому без образования и навыков и пошёл на тяжёлую физическую работу, хоть труд и был честный, но, как уже упоминал, тяжёлый и низкооплачиваемый, что совсем не радовало. Разобраться, почему магия у меня не срывается с кончиков пальцев, так как у одарённых этого мира, пока не получалось, поэтому просто продолжал практиковаться и заниматься своими исследованиями. Кроме того, на Земле я хорошо изучил физические процессы в полупроводниках, а узнав о том, что в этом мире совершенно нет электроники и есть магия, у меня появилась идея, которая, в случае успешной реализации, могла сулить мне неплохим изменением, если не социального, то однозначно финансового положения.
Оторвавшись от стола, я зажёг несколько восковых свечей, сразу стало комфортнее, и вернулся к исследованиям.
Современная земная электроника, которой пользуется в быту среднестатистический человек, является полупроводниковой, это означает, что все её составляющие элементы организованы на полупроводниковых материалах, которые, в свою очередь, бывают двух типов: в одном перемещается много электронов, а в другом наблюдается их нехватка. Соединение этих двух типов материалов позволило создать основу для современной электроники, так называемый «pn-переход».
На этой планете очень много органических кристаллов, и так получилось, что моя текущая работа была посвящена добыче кристаллов. Кристаллы были различными, могли достигать метра в длину, вот только до такой длины они должны были ещё дорасти, поэтому можно было встретить и небольшие элементы. Забирать их себе было категорически нельзя, но вот маленькие осколки размером с ноготь в кармане никто не замечал. Так каждый день я ходил на работу, выискивал новый для себя кристалл по структуре, плотности и старался незаметно для остальных припрятать маленький кусочек в своей одежде, чтобы принести домой. Сейчас кухонный стол у меня был заложен множеством образцов. Я использовал кухонный стол просто потому, что другого тут не было, этот и то был маленьким. Поэтому ел стоя, сидя на диване, как придётся, да и вообще меня эти мелочи не сильно волновали, главное — это мои исследования, когда я закончу, всё изменится, обещаю себе.
Я создавал маленький импульс, на который был способен, и направлял в кристалл через его торец. Одному этому действию я учился очень долго, кроме того, не каждый кристалл так пропускал её по своей внутренней структуре, да ещё и равномерно заполняясь, без пустых полостей.
Импульс стал распространяться по кристаллу, и в этот момент раздался сильный стук в дверь, которая и так чудом держалась в своём проёме, поэтому я поспешил открыть, оставив работу.
Дверь я постарался открыть нешироко, чтобы посетитель не видел, чем я занимаюсь за кухонным столом, а мне, в свою очередь, как только наши глаза встретились, полетел возмущённый вопрос:
— Тимофей, ты когда мне за аренду деньги отдашь?
Да, эта квартира была арендной, и этот старик с меня требовал свои деньги с тех пор, как я тут очутился, вот только мой носитель перед своей кончиной всё потратил, а зарплата была не скоро, приходилось краснеть и кормить хозяина этого подобия постоялого двора завтраками. Я непроизвольно закатил глаза, потому что долг мой он помнил, а вот то, что меня звали Олег, а не Тимофей, — нет, избирательная такая память получается.
— Честное слово, Драол Диконович, как только заплатят на работе, сразу вам. Ну, нечем сейчас вам отдать.
Немного повозмущавшись на моё безответственное поведение с оплатой или, вернее, её отсутствием, он в очередной раз пообещал меня выселить. Кивал и слушал, кивал и слушал. Да я сам с радостью при первом удачном случае выселюсь из этой общаги, вот только не сейчас, сейчас никак не мог себе такой благодати позволить.
В итоге он сказал всё, что думает, несколько раз, каждый раз начиная рассказ заново, и удалился, я закрыл дверь и вернулся к своей работе. За дверью в коридоре послышался очередной стук, теперь он пошёл к соседям… Что поделать, какое заведение, такие и жильцы. У всех было с финансами не очень, хоть люди, жившие тут, и были нормальными.
