Бедняжка Вайолет. Моя прекрасная Вайолет. Я не хотел, чтобы конец своих дней она провела здесь, сгнивая морально и физически.
“Вайолет? Вайолет?”
Звал чей-то спокойный, мягкий материнский голос. Мной вдруг начали управлять инстинкты, закралось любопытство, и я начал следовать за звуками. Тело этой девочки было настолько легким, что мне не составило труда подойти к подвалу и свободной рукой открыть дверь.
Последовала тишина, а затем женский голос осторожно спросил, “Это ты, Вайолет?”
Мое дыхание на какой-то момент остановилось, и я спустился вниз. “Она здесь.” Прохрипел я и осторожно положил девочку на цементный пол. Когда ответа не последовало, я в последний раз посмотрел на ее хрупкое, безжизненное тело и поплелся наверх, закрывая дверь, и что-то внутри меня подсказывало, что вижу я ее в последний раз.
Моя комната почти не изменилась с того момента, когда я покинул ее, за исключением попыток Констанс отмыть пол от мерзкой крови. Ноги подкосились, и я, упав на кровать, уткнулся лицом в подушку - лишь бы не видеть то, что было размазано по полу. В голову нахлынули воспоминания о том, как в последний раз беспомощно лежал здесь с пулей в черепе, наблюдая, как Вайолет пытается вернуть меня к жизни. У меня не хватило сил, чтобы услышать ее последние слова, мозг медленно отключался.
Меня все никак не покидали мысли - что бы случилось, если бы Вайолет не остановила меня. Наверняка, я бы упал на кровать пронзенный десятками пуль, а не одной. Она была права, в загробной жизни я стал призраком. Плавая в бесконечных воспоминаниях, я вдруг понял, что еще не все потеряно, она обещала - мы будем вместе, нужно только подождать.
Дверь щелкнула, и я повернул голову только чтобы увидеть стоящую в дверном проеме Констанс с сигаретой в руке.
“Я попала в эту маленькую сучку? Она мертва?” Нарушая тишину, едко выплевывала слова. Из ее живота спиралью выходил дым, прямо в том месте, куда я пустил пулю. Я улыбнулся, зная, что имел честь убить свою мать.
В ответ я слабо кивнул, и Констанс фыркнула, “Тогда где же она?”
“Не знаю, должно быть, где-то здесь.” Пробормотал я, напрочь не понимая, сколько времени прошло с ее смерти. Может, она еще не умерла, а цепляется за жизнь на холодном полу? Подорвавшись с места, я кинулся к подвалу, не обращая внимания на Констанс и пропуская ступеньки. Неужели я бросил ее, оставил одну, думал я, открывая дверь, ведущую в подвал. Если бы только она была еще жива… Но как только дверь распахнулась, и свет медленно пробрался в подвал, я увидел лишь подвал, и ничего более. Никаких следов на полу не было, а уж тем более Вайолет. Мне вдруг стало не по себе, а была ли она вообще? Или это мое сознание сыграло со мной злую шутку? Я в опьянении ползал по грязному полу, искал руками хоть что-то напоминающее о ней, чтобы хоть как-то усмирить панику.
“Вайолет!” Судорожно выкрикивал я, но в ответ слышал только звенящую тишину, воспоминания о ней разъедали мою память.
========== Глава 12. Эпилог ==========
2011
“Дом в классическом викторианском стиле, построен в начале прошлого века для врача, в те годы лечившего звезд.” Я слышал, как агент по недвижимости в очередной раз рассказывает потенциальным покупателям историю, которая прибавит к стоимости дома пару нулей. Правда только раз ей удалось продать его, это была пара гомосексуалистов, но и то, только после того, когда здесь был устроен косметический ремонт, чтобы укрыть тот факт, что почти каждый, кто здесь жил умер жестокой смертью. Положа руку на сердце, это их вина. Все до единого считали, что эта учесть обойдет их стороной.
Это относилось и к Вайолет.
Я убил их всех только ради нее - все эти смерти, призраки и страх должны были защитить ее душу от стен дома, на порог которого она не ступала уже семнадцать лет. Это была моя собственная вендетта с ней, чтобы убедиться, что ее жизнь стоит больше, чем любая другая, нарушившая покой ее дома. И если эти люди тоже купят дом, они встретятся лицом к лицу с той же судьбой, которая ждет последующих поселенцев - неизбежная смерть.
Когда риэлтор проходила по дому, описывая интерьер, я скрылся за углом, вслушиваясь в каждое слово, которое говорил мужчина. “Тиффани, круто.” Шептал он миниатюрной девушке, подталкивая ее вперед. На мгновение мой взгляд задержался на ее золотистых волосах, спадающих на горчичный кардиган, на платье с цветочным принтом и черные сапоги. Все в ней прямо вопило ‘Я Вайолет’, но я знал, что это всего лишь мой разум играет со мной в игры. Теперь будет еще труднее перерезать ей горло, если их семейка все-таки решится на опрометчивый поступок.
Девочка бродила по дому, с какой-то необъяснимой нежностью касаясь старого дерева, и с грацией ступая на скрипящие половицы. Посмотрев на нее, я отметил для себя, что она слишком похожа на Вайолет. Как жаль, что тьма поглотит ее навеки.
Она резко повернула голову, услышав скрип, когда я сделал шаг назад.
Нет, ей не стоит видеть меня. Пока, во всяком случае
