Но мой мозг все еще работал с трудом. Было что-то, что ужасно хотелось вспомнить, но я никак не могла сделать это. Воспоминание, окутанное пеленой тумана, не хотело оставлять меня в покое, пока я не смогу прорваться через эту пелену и понять, что же так отчаянно пытается вспомнить мое сознание.
Опустив взгляд, я увидела, как мирно и спокойно спит Тейт. Его веки трепетали, а рот еле-еле двигался, казалось, во сне он с кем-то разговаривал. Рубашки на нем не было, и поэтому я в полной мере могла насладится тем, что этот кусок материи скрывал от меня: груду мышц и рельефный торс. Вновь переведя взгляд на грудь Тейта, я увидела, как синхронно она поднималась и опускалась. Внутри меня происходила битва с сильным желанием пройтись по его телу пальцами. Он и правда был красивым.
Вдруг тишину пронзил жутко знакомый голос. Я узнала бы этот голос когда и где угодно. Это был голос моей матери.
— Вайолет! - Звала она. Мое сердце заколотилось, и я задалась вопросом, почему же Тейт все никак не просыпался. Может, в стене есть трещина, и она каким-то образом разделяла или соединяла наши миры? Это могло бы оказаться правдой. А что, если бы я смогла найти эту трещину? Возможно, у меня бы получилось вернуться домой в свое время…
Стараясь не разбудить Тейта, я подвинулась к краю кровати и тихонько, лишь пальцами ног, коснулась пола. Голос матери проникал сквозь дверь, и я, осторожно дотронувшись до ручки, приоткрыла ее. Снаружи никого не было, но мрачные тени и, доносившиеся до меня, нетерпеливые оклики манили меня. Прежде чем я поняла, что делаю, неторопливые шаги сменились быстрым бегом. Чем быстрее я спускалась по лестнице, тем быстрее темные сущности уклонялись и исчезали. Взгляд упал на дверь подвал. Смогу ли я вернуться обратно?
Дом ответил на мой вопрос. Я крутила ручку подвала, но она не поддавалась. Во мне нарастало дикое желание выбить эту чертову дверь и прежде, чем я решилась осуществить его, дверь все же открылась. Не было никакого белоснежного свечения, лишь непроглядная тьма, окутывающая все, что было ниже середины лестницы.
— Вайолет? - Ее голос стал ниже, будто она поняла, что я где-то рядом с ней.
— Ты здесь умрешь.
Я резко развернулась, и увидела знакомый силуэт девочки в белой ночнушке, стоявшей в коридоре.
— Аделаида? - Осторожно спросила я.
Немного привыкнув, во тьме коридора я смогла разглядеть девчушку. В последний раз я видела ее, когда перед Хэллоуином она просила сделать из нее “красотку”. В ту ночь она умерла. Было довольно странно смотреть на нее сейчас. Это все еще была Аделаида, но пока что не встретившаяся со своей роковой судьбой лицом к лицу.
— Кто ты? - Спросила она, в глазах читалось любопытство.Было видно, что ей хотелось разузнать обо мне как можно больше, будто это было самой занимательной вещью на свете. Правда, из-за этого я чувствовала себя довольно неуютно.
— Подруга Тейта. - С легкой улыбкой ответила я и, снова повернувшись ко входу в подвал, переступила через порог.
— Не спускайся вниз. Ты пожалеешь об этом. - Предостерегла малышка.
— Вайолет. - Ласково позвала мама. Я оказалась между двумя берегами. В голове возникли воспоминания о том, как Эдли говорила странные вещи, еще тогда, когда была жива. Это были предупреждения о смерти, но ничего не происходило. Мы все пришли к выводу, что она просто так развлекается, подрывая нашу нервную систему и психику.
Игнорируя ее предостережение, я спустилась вниз, краем уха услышав ее удаляющиеся шаги. немного постояв на месте, я двинулась вглубь помещения. С каждой ступенькой, меня все больше и больше окутывала тьма подвала. Конечно, мне хотелось убежать обратно в кровать, к теплу Тейта, почувствовать себя в безопасности, но если моя мама была тут, то я должна найти ее.
Когда я оказалась на последней ступени, мама замолчала, а в подвале эхом наступила звенящая тишина. Я слышала лишь свое дыхание. И вот тут меня словно осенило. Будто кто-то щелкнул пальцами, и исчезнувшие моменты появились, как по мановению волшебной палочки. Недостающие детали пазла встали на место, а в памяти восстановились забытые моменты.
Мы лежали на спине, глядели в потолок. Он рассказывал, как иногда бывают обманчивы стены этого дома, как зовут его за собой во тьму. “Я всегда отзывался на них, они ведь были такими знакомыми и в каком-то роде, уютными.” - Сказал он, теребя между пальцами соломинку. - “Они звали меня в подвал. Не знаю почему. Иногда они нашептывают мне нечестивые вещи, развращают мои мысли. Но я не даю им победить.”
Вот, что происходило со мной сейчас. Этот дом пытался навязать мне, что делать. Я развернулась и со всех ног кинулась вверх по лестнице, но дверь захлопнулась прямо перед моим лицом. Я пыталась повернуть ручку, но она не двигалась, тогда я стала стучать кулаками по дереву.
— Аделаида? Аделаида, это не смешно! Открой дверь! - Кричала я, срывая голос, по прежнему продолжая стучать в дверь, пока костяшки пальцев не начали болеть.
