У каждого есть своя история о разбитом сердце, но сердце Джеймерсон было не просто разбито. Оно было полностью разрушено.Вместе с ее телом и разумом.У Джеймерсон Холлоуэй было все — до одного момента. Одного неправильного решения. Доли секунды, и ее жизнь изменилась навсегда. Столкнувшись с невообразимым горем и чувством вины, заново учась просто ходить, Джеймерсон понимает, что никогда не будет прежней. Все хотят, чтобы она вернулась к той, кем была раньше. Но ничто из ее прошлой жизни больше не кажется ей настоящим.Единственный, кто понимает, через что она проходит, — тот, кто всегда был к ней жесток, тот, кого она ненавидела. Другой выживший.Хантер Харрис полностью замкнут и полон секретов.И хотя эти двое обвиняют друг друга, они — единственные, кто могут помочь восстановить свои разрушенные жизни.Но по мере того, как неоспоримое влечение между ними усиливается, она начинает задаваться вопросом, сможет ли когда-нибудь узнать секреты, которые он скрывает, и хочет ли она вообще этого.
Данный перевод является любительским и был сделан НЕ с коммерческими целями. Очень прошу Вас не распространять данный текст на просторах Интернета и удалить со своего устройства после ознакомления.
Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места и происшествия являются плодом воображения автора или используются вымышлено. Любое сходство с реальными событиями, местностями или людьми, живыми или умершими, является случайным.
Пожалуйста, НЕ используйте русифицированные обложки книг в таких социальных сетях, как: Тик Ток, Инстаграм, Твиттер и Фейсбук.
Обратите внимание, это школьный роман в стиле "от врагов до любовников".
Действия, предпринятые героями, в лучшем случае сомнительны, и некоторые читатели могут счесть их провоцирующими.
Посвящается тем, кто понимает:
именно среди разбитых осколков
ты обретаешь себя.
Мое тело парило и вращалось, переворачиваясь, словно я была привязана к крыльям раненой птицы. Стремительно поглощая расстояние к твердой земле. На мгновение это было прекрасно, как будто я летела, паря высоко и свободно.
Но затем я упала.
Стекло разлетелось вдребезги и металл захрустел, скрепя. Боль перехватила дыхание и лишила меня чувств, словно выдернутые перья.
И после этого… ничего.
Никаких звуков.
Никакого вкуса.
Никаких ощущений.
Меня нет.
Только темнота.
— Джеймерсон! — мое имя разнеслось по коридору. Я улыбнулась, но не отреагировала на голос, открывая свой шкафчик. — Эй, — руки обхватили меня за талию и притянули к атлетической фигуре позади. Поцелуй приземлился на моей шее. — Тебе все еще нужно, чтобы я отвез тебя домой после футбольной тренировки?
Я повернулась в его объятиях, мой рост в метр шестьдесят четыре казался карликовым по сравнению с его метр девяносто три. Я заглянула в яркие, игривые голубые глаза. Цвет моих глаз был скорее стально-голубым, как океан во время шторма.
Колтон Харрис воплощал собой стереотип популярного парня: богатый, красавчик, звезда футбола в городе, где этому виду спорта поклонялись до безумия. Все жители относились к нему как к знаменитости. Впрочем, так было везде. И если его команда выиграет еще один чемпионат штата, то, я была уверена, губернатор воздвигнет им памятник. Я же невольно добавляла штрихов к этому клише: звезда футбола встречается с чирлидершей.
— Ага, отец забрал машину, — я обвила руками его шею. — У меня тренировка по черлидингу, но потом я останусь и подожду тебя.
Его пухлые губы растянулись в широкой улыбке, озарившей все лицо. Он наклонился, чтобы поцеловать меня.
— А потом… — его губы снова нашли мои. — Мы идем на вечеринку к Макки сегодня вечером.
Выпускной год только начался. У Макки было много вечеринок, но те, что он устраивал по случаю возвращения в школу, пользовались дурной славой.
— Звучит весело, — я запрокинула голову назад, и наш поцелуй углубился. Мне не хотелось, чтобы этот год заканчивался. Мне нравилась школа и моя жизнь: Колтон, чирлидинг, друзья, вечеринки. Я получала отличные оценки и знала, что меня номинируют на звание “Королева выпускного бала” благодаря Колтону. Жизнь была прекрасна.
— Снимите комнату — послышался голос парня позади нас, когда он хлопнул ладонью по плечу Колтона. — Или душ. И можно мне понаблюдать?
— Мечтай дальше, Адам, — фыркнул Колтон и повернулся к своему другу. Адам был ростом примерно метр семьдесят пять, худой, но крепкий. То, чего ему не хватало в росте, он компенсировал скоростью на поле. Он был лучшим другом Колтона с начальной школы. — Единственный, кто увидит мою девушку в душе, — это я.
Я отступила назад, вжимаясь спиной в шкафчики. Мой взгляд метнулся в сторону, смущение залило лицо румянцем.
— Очень жаль, — ухмыльнулся Адам. У него была одна из тех широченных улыбок, которая расплывалась по его лицу, вызывая непреодолимое желание улыбнуться в ответ. Смуглая кожа подчеркивала его заразительную улыбку. Он снова похлопал Колтона по плечу. — Увидимся через несколько минут. Слышал, тренер сегодня в ярости после того, как узнал, что Макки и Спиди были задержаны копами прошлой ночью. Снова.
Колтон застонал и опустил голову вперед.
В нашем маленьком городке все друг друга знали. Поскольку к членам футбольной команды относились как к знаменитостям, я не сомневалась, что их просто отпустили с предупреждением.
— Хорошо, я буду там через несколько минут. — Адам кивнул и ушел. Я слегка помахала ему рукой.
Руки Колтона опустились мне на талию, возвращая мое внимание к нему. Он протянул руку и запустил пальцы в мой длинный конский хвост. Лето придало моим обычно темно-каштановым волосам золотистый оттенок блонда и карамели.
— Если тренер будет не в духе, то тренировка может затянуться.
