Условный рефлекс понесся через меня, сея хаос в моем самоконтроле, напоминая мне, что я был сделан как оружие, не как человек, чтобы взаимодействовать с кем-то, так легко разрушаемым, как ребенок.
Я моргнул, в результате в мой фокус попала испуганная Клара и заплаканная рассвирепевшая Зел.
— Нет! — закричала она.
Мои руки сжались на плечах Клары, и потребовался весь остаток силы внутри, чтобы оттолкнуть ее. В момент, когда она упала на пол, Зел подняла ее и бросилась назад.
Я упал с кресла и схватился за голову, пытаясь подавить непреодолимые приказы.
Я поднял взгляд, ища нож для писем, который держал на своем столе. Мне нужно было оружие, чтобы успокоить себя — прежде чем я сделаю что-то, с чем потом не смогу жить.
— Клара, нет! — закричала Зел, звуча приглушенно из-за приказов в моей голове. — Держись подальше.
На удивления Клара восстала против условного рефлекса, и она была той, кто закончил его. Ее громкий, тонкий голосок закричал:
— Хватит!
И... это произошло.
Просто так. Внезапная тишина, оставившая меня дрожащим и пугающе пустым.
Я привел голову в вертикальное положение, тяжело дыша. Я встал на ноги, скрипнув суставами, которые не имели права двигаться, после жизни мучений.
— Ты в порядке? — мой голос был хриплым, напряженным. Глотая воздух ртом, я провел руками по своим лохматым волосам.
Чары похоти между мной и Зел испарились, сменившись явным ужасом в ее взгляде. Мое сердце было готово остановиться. Почему, черт побери, я не могу быть нормальным?
Я хотел разгромить свой офис и драться. Я разрушил все. Доказал Зел, что Клара не была в безопасности рядом со мной. Бл*дь!
— Хейзел, ты знаешь я… — Что я мог сказать? Что я добился больше прогресса за последние два дня, чем до этого, но этого было недостаточно. Этого никогда, черт побери, не будет достаточно, чтобы заслужить их.
Клара извивалась в хватке своей мамы. Зел была мертвенно-бледной от шока, ее выражение лица было каменным.
Освободившись, Клара шагнула вперед. Недостаточно близко, чтобы прикоснуться, но достаточно близко для меня, чтобы увидеть свирепость в ее темных глазах.
— Извини. Я забыла. Я не собиралась дотрагиваться до тебя. — Она опустила голову, в результате чего ее черные волосы накрыли ее лицо как занавес. — Не кричи на меня, ладно?
Мое сердце остановилось. Я чувствовал себя так, как будто был готов расплакаться. Ничего из этого не было справедливым. Ни для Клары, ни для Зел и даже для меня. Я был и всегда буду машиной, которая должна помнить свое место и оставаться в тени.
Клара была такой невинной. Такой чистой. Всё, чего во мне не было.
— Я не буду кричать на тебя, ребенок. Это не твоя вина. — Тяжело вздохнув, я оставался стоять, ссутулившись на полу, не отводя взгляда от нее. — Я думаю, что ты и твоя мама должны уйти.
Зел сделала хриплый вдох, жизнь снова наполнила ее тело. Я искал ее взгляд и, черт побери, умер, когда она кивнула.
— Да, Клара. Я думаю, что мистеру Фоксу нужно какое-то время побыть одному. Пойдем на пляж с тетей Клу и дядей Беном.
— Но я не хочу идти на пляж с ними. И прекрати называть его Фокс! — щеки Клары стали розовыми. — Это была моя вина. Не выгоняй нас, пожалуйста. Ты не рассказал мне ни одной истории. Ты не показал мне овцу. Я не хочу уходить.
Я не мог стоять и смотреть, как дрожит ее нижняя губа.
Прямо там. Прямо тогда. Моя жизнь раскололась на части, превращаясь в гребанный перекресток.
Я был одержим тем, чтобы найти искупление. Разрушенный любовью. Преследуемый надеждой. Уничтоженный прошлым, от которого я не мог избавиться. Мои глаза вперились в Зел. Настало время. Я не мог притворяться, что у меня не было багажа или вопросов, от которых я никогда не буду свободен, но прежде чем Зел уйдет от меня навсегда, я хотел, чтобы она узнала правду.
Я хотел узнать ее. Хотел заработать ее доверие. Хотел связь. Я не хотел, чтобы меня боялись или ненавидели. Я не хотел причинять беспокойство или быть тяжелым бременем.
Настало время сказать ей все, чтобы она могла решить сама.
Это был единственный путь вперед. И это значит, что я потеряю их обеих, потому что она никогда не позволит своей дочери находиться рядом со мной.
— Я думаю, что настало мне время рассказать тебе историю, Клара. — Мой голос звучал тяжелым и мрачным. Я расскажу тебе то, что напугает тебя и воплотит в жизнь твои кошмары.
Зел фыркнула, выпрямив спину.
— Я не думаю, что это хорошая идея. — Она сделала шаг вперед, обняла Клару за плечи. Ее тело дрожало от эмоций, ее конечности дергались, глаза окрашены печалью. — Пожалуйста, Фокс. Ты продолжаешь забывать, что она ребенок. Ты не можешь рассказать ей то, что я думаю, ты хочешь. Ты не можешь облегчить свою ношу, за счет такого невинного разума. Я не позволю тебе.
— Я буду аккуратно подбирать выражения. Я превращу это в сказку. Я клянусь, что не поделюсь слишком многим, просто... пожалуйста... дай мне возможность рассказать кому-нибудь. Прежде чем вы уйдете.
Она прикусила губу, по ее глазам было видно, что она размышляет.
