«Что это за мысли такие? – сердито одернул он себя. – Мне наплевать. И я спас ее не ради спасибо. А потому, что сам захотел. Не знаю, чего так взъелся на девчонку. Просто… просто что-то во мне захотело выдернуть ее из этого защитного кокона, посмотреть, как она будет злиться, какой будет… настоящей. Не притворяясь никем», – размышлял он.
– Ау? Ты меня вообще слышишь? – Голос Ви вырвал его из раздумий.
«Это был простой психологический трюк. Вот и все», – заключил Рафаэль.
– Не мог бы ты повторить?
– Что-то случилось? – обеспокоенно уточнил Вильям.
– Нет, все в норме. Просто думал кое о чем несущественном. Так что ты хотел мне рассказать? – сменил он тему.
– Я этой ночью встретил такую девушку – просто отпад, чувак. Она огонь в постели, и вообще, кажется, я влюбился!
– Любовь не рождается за такой короткий срок, – покачал головой Рафаэль.
– Ой, тоже мне эксперт нашелся, помолчи лучше, – фыркнул в шутку Ви. – Ты у нас вообще, умник, целибат принял. Так что…
– Очень смешно, – фыркнул Рафаэль. – Ты это моему фан-клубу только не говори. А то как начнут снова сезон охоты на меня, я с ума сойду от тревожности.
Вильям рассмеялся, выруливая на повороте.
– Неужели твое сердце действительно кто-то пленил, ловелас? – подколол его Рафаэль. – Настолько хороша?
– Ты себе не представляешь.
– Я уже слышал такое от тебя… Напомни, пожалуйста. Десять? Или сорок раз? Не могу никак подсчитать, – ухмыльнулся Рафаэль.
– Ой, все. Убийца романтики, – в шутку обиделся Вильям. – На этот раз все серьезно. Я влип. Мы с ней танцевали полночи. Потом поехали ко мне. Дальше – сам понимаешь. А наутро я хотел… Впервые захотел, чтобы девушка не уходила. Чтобы осталась. Мы бы поговорили. Я приготовил бы ей вафли с абрикосовым джемом. Или оладьи. Но она, блин, уехала. Встала пораньше и улизнула. Даже записки не оставила… – Ви поник, уставившись на дорогу.
Рафаэль молчал, переваривая полученную информацию.
– Ясно, – бесстрастно заключил он.
– Пожалуйста, помоги мне, – жалобно попросил Ви.
– Даже не думай.
– Ты же мой друг.
– Это откровенная манипуляция, – выдохнул Тернер.
– Пробей ее для меня по своим источникам. Найди.
– Ты понимаешь, что это грубое вмешательство в чужую личную жизнь?
– Я что, часто тебя о чем-то прошу?!
– Каждый день.
– Ну, чувак, это дело жизни и смерти! – Ви бросил на него умоляющий взгляд.
– Как ее зовут? – обреченно вздохнул Рафаэль.
– Ирэн, – мечтательно отозвался парень, притормозив на парковке рядом с университетом.
– Будет сделано.
Тереза поведала о ночном приключении подруге, опустив некоторые моменты. Ей не хотелось даже упоминать унизительные подробности диалога с тем парнем. Или лишний раз вообще вспоминать о нем. Будто воспоминания могли заставить его материализоваться здесь и сейчас.
– Tea, прости меня, пожалуйста.
Раскаяние на лице Ирэн заставило сердце Терезы растаять. Она не могла долго злиться на свою единственную подругу. А та заправила рыжие пряди за ухо, жалобно глядя на Терезу своими изумрудными глазами.
– Мне голову снесло, я, как дура, оставила тебя без присмотра. А если бы тот парень тебя не спас? – Девушка виновато опустила голову. – Я вела себя как эгоистка, мне очень-очень жаль.
– Проехали, – покачала головой Тереза. – Мне следовало быть осторожнее. Но я не собираюсь до конца жизни зацикливаться на этой ситуации. Урок получила. Двигаюсь дальше.
Ирэн притянула ее к себе и крепко обняла. Некоторое время они молчали.
– Как прошла ночь после клуба? – прервала тишину Тереза, поднимая голову с плеча подруги.
– В объятиях какого-то парня, – пожала плечами Ирэн. – Он неплох в постели. Влюбился, кажется, в меня. Даже рисунок подарил.
– Покажешь?
– Думаешь, я его сохранила? – фыркнула она. – Валяется где-то.
Терезу всегда напрягало потребительское отношение Ирэн к людям. Конкретно к ней та относилась нормально, и Tea закрывала глаза на ее грубость по отношению к другим. Не ей судить. Она не могла похвастаться тем, что была незлопамятной или всепрощающей. Часто Тереза высказывала все, что было у нее на душе, не заботясь о том, что это может кого-то задеть. Как, например, с тем парнем, который защищал ее злополучной ночью. Но справедливости ради, он сам ее спровоцировал!
– Ты вообще не собираешься заводить отношения?
– Ага. Я литромантик[1]. Этот… Вильям, кажется? – пробормотала Ирэн. – Да, Вильям… сначала мне понравился. Мы танцевали, провели вместе ночь, и, возможно, если бы не его слова «я, кажется, влюбился», он не опротивел бы мне так быстро. Ну сама поразмысли, какая, к черту, любовь? – скривилась она как от лимона. – Сразу интерес пропал.
– Значит, ты ищешь недоступного парня?
– Да, люблю цели поинтереснее. В любовь не верю.
Тереза не успела ответить: в коридоре возник какой-то шум. Студенты столпились так, что ни встать, ни пройти. Оживленные голоса звучали возбужденно, громко. Что привлекло всеобщее внимание?..
– Ой, тест уже через десять минут. – Тереза спрыгнула с подоконника и потянула подругу за руку. – Нам пора в аудиторию.
– Да, идем, – согласилась Ирэн.
