Чудовища без толики страха бросились на отряд Соратников. Их тела полыхали пламенем, извергавшимся прямо из шерсти. Слишком тонкие лапы были черными как уголь. Снег шипел, попадая на их огненные шкуры, и в воздух поднимались облачка пара. Глаза светились, как раскаленные угли, а из их раскрытых челюстей вырывались волны жара.
«Наяву они гораздо страшнее, чем в манускриптах», – вяло подумал Чарли.
На страницах старинных церковных книг адские гончие изображались маленькими угловатыми и искаженными существами, которые полыхали пламенем. На деле же они оказались смертоносными волками, превосходящими по размеру лошадь. Их клыки были черными, а когти – острыми.
На этом неточности в манускриптах не заканчивались.
«Адскую гончую можно убить», – понял Чарли, наблюдая за тем, как удар меча Домакриана обращает демоническое существо в пепел.
Лучик надежды, хоть и совсем крохотный и неказистый, забрезжил в душе падшего жреца. Чарли затаил дыхание, глядя, как Соратники сокрушают гончих, чтобы проложить путь в горящий город.
И бросить Чарли наедине с эхом сражения.
Это было сродни пытке: вглядываться в пустоту, где раньше находились городские врата, и пытаться хоть что-нибудь увидеть.
«Удалось ли им найти Веретено? – думал он. – Отправились ли адские гончие его защищать? Таристан все еще в городе или мы снова упустили его?»
«Неужели все погибнут и спасать мир придется мне?»
Последняя мысль заставила его вздрогнуть. В таком случае ничего хорошего не ждало ни его самого, ни нуждающийся в спасении мир.
– Нет, это однозначно не вариант, – вслух произнес Чарли.
Лошадь заржала в ответ.
Чарли погладил ее по шее.
– Спасибо тебе за доверие.
Он еще раз обвел взглядом Джидаштерн – многотысячный город, превратившийся в пылающее кладбище. И, возможно, ловушку.
Чарли прикусил губу, зажав зубами тонкую кожу. Если они не ошиблись и Таристан действительно был здесь, то что станется с Соратниками? И как там Корэйн?
«Она так юна, но уже держит на своих плечах весь мир, – со злостью подумал Чарли. – А я, взрослый мужчина, стою и гадаю, выживет она или нет».
Его щеки загорелись, но не из-за тепла от пожара. Он всем сердцем желал вытащить Корэйн из жерла битвы. Сожаление о несделанном пронзило его грудь ножом, и он поморщился.
«Ты никак не мог бы спасти ее».
Со стороны города донесся пронзительный гортанный вопль – человеческий и потусторонний одновременно, словно исходивший из множества глоток разом. Звук походил на похоронный звон, и Чарли уже доводилось его слышать – рядом с храмом у подножия холма. Но тогда его извергало из себя бесчисленное войско оживших трупов.
«Веретенная армия в сборе, – с ужасом осознал он. – Сюда пришли мертвецы Пепельных земель, личная гвардия Таристана».
Внезапно для себя самого Чарли изо всех сил вцепился в поводья и сжал их ловкими пальцами.
– Будь проклят огонь, будь прокляты адские гончие и мертвецы, – пробормотал он и откинул мантию, чтобы она не стесняла движений, а потом потянулся за коротким мечом. – И будь проклят я вместе с ними.
Он резко натянул поводья, и лошадь галопом понеслась вперед. Сердце Чарли колотилось в груди, вторя ритму копыт, ударяющихся о покрытую пеплом землю. Снег, красный от всполохов пламени, кружился в воздухе. Весь мир словно превратился в ад, и Чарли скакал прямо в его разверзшуюся пасть.
Сквозь оставшуюся на месте городских врат дыру виднелись горящие улицы. Теперь беглый жрец скакал по дороге, манившей его за собой.
«По крайней мере, хуже уже не будет», – подумал он.
Затем по небу, где-то за тучами, пробежала волна пульсации, словно колыхнулось чье-то гигантское сердце.
Чарли показалось, что его позвоночник обратился в лед.
«Вот дерьмо».
Рев дракона всколыхнул воздух с яростью землетрясения.
Лошадь испуганно заржала и встала на дыбы, беспомощно молотя воздух передними ногами. Чарли пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы удержаться в седле. Его меч упал, тут же затерявшись среди пепла и снега, но Чарли по-прежнему смотрел в небо, не в силах оторвать от него изумленный взгляд.
Словно в огненном танце, огромное чудовище пронеслось сквозь сгустившиеся над городом темные тучи. Его мощное тело, покрытое красно-черной чешуей из блестящих самоцветов, изогнулось в воздухе. Этот дракон был рожден богом Тайбером на просторах искрящегося мира Ирридас. «Его называют Сияющим миром», – вспомнил Чарли слова писания. Ирридас – место, где царит жестокость, где полно золота, драгоценных камней и жутких существ, погрязших в жадности.
Из пасти дракона вырывались языки пламени, а его когти сверкали, словно черная сталь. Над стенами завывал горячий ветер, смешанный со снегом, пеплом и кровавым, гнилостным драконьим зловонием. Чарли оставалось лишь наблюдать за тем, как Веретенное чудовище изливает свой гнев на город, разрушая башни и шпили колоколен.
Перу Чарли не раз доводилось выводить очертания дракона: пламя и чешую, когти и клыки. Крылья летучей мыши и змеиный хвост. Но, как и в случае с гончими Инфирны, реальность оказалась гораздо более ужасающей.
