Дана мигом скинула с себя всю одежду и нырнула в горячую пенную воду с противоположной стороны ванны. Сидя лицом к Алле, она, неизвестно почему, таинственно улыбалась. Алла вначале подумала, что это случайно нога Даны скользнула под водой вдоль ее ноги, но вскоре поняла, что Дана намеренно ее дразнит и ласкает.
– Дана, что ты творишь? – строго спросила она, но Дана снова по-кукольному захлопала глазками, на переставая шалить.
Затем она приблизила к Алле свое прелестное личико и нежно, но с далеко недетской страстью, поцеловала ее в губы. Алла обалдела, хотя, прислушавшись к собственным эмоциям, поняла, что игра этой маленькой девочки ей совсем не неприятна, скорее даже, наоборот. Было в этом что-то волнующее, неизведанное, порочное и невинное одновременно. Все-таки Алла нашла в себе силы оттолкнуть от себя Дану, с брызгами воды и клочьями пены отлетевшую в противоположный конец ванны. Дана ударилась головой о край мрамора и, захлопнув глаза, стала медленно сползать под воду.
– Господи, Даночка! – вскрикнула перепуганная Алла. – Что же я наделала?!
Алла вытащила находящуюся без сознания Дану из воды и легко, словно ребенка, на руках отнесла в их с Андреем спальную. Положив Дану на кровать, Алла растерла все ее тельце махровым полотенцем и, слегка похлопав ее по щекам, с облегчением увидела, что девочка открыла глаза, но они затуманены и мокрые от слез.
– Прости! Прости, моя маленькая, – шептала Алла, вытирая губами ее слезки. – Тебе очень больно?
Вместо ответа, Дана обвила руками шею Аллы и припала губами к ее губам. Алла уже не смела, да и не хотела сопротивляться страсти этого сказочного маленького существа, такого нежного и пылкого одновременно. Алла удивлялась, что нежность может быть настолько бескрайней, искренней и завораживающей. Дана, как оказалась, прекрасно знала, что делает и, насколько поняла Алла, имеет приличный опыт, разбираясь в тонкостях и специфике однополой женкой любви.
Застав сестру и возлюбленную обнимающимися в постели, Андрей громко захохотал. Алла готова была провалиться сквозь землю от неловкости ситуации, а Дана, увидев брата, радостно взвизгнула и бросилась ему на шею. У Аллы отвисла челюсть, когда Андрей поцеловал сестру в губы долгим, чувственным поцелуем, одновременно пробежавшись музыкальными пальчиками по ее кругленьким грудкам, гладенькому животику и ложбинке между ног.
– Ты спишь со своей сестрой? – спросила Алла, очнувшись от первого шока и насмешливо глядя на Андрея.
– Это ты спишь с моей сестрой, а я ее только ласкаю. Она сама меня об этом просит с двенадцати лет и, как видишь, ей это безумно нравится. – Карамелька любит, чтобы ее ласкали и целовали.
– Почему Карамелька? – спросила Алла.
– Да ты посмотри на нее! Ее, как вкусную конфетку так и хочется лизнуть, а она это дело обожает… – рассмеялся Андрей, шлепнув Дану по попке.
Дана и вправду была похожа на карамельку: вся бело-розовая, маленькая, округлая и ладненькая, с кукольным личиком в обрамлении похожих на пух воздушных коротких золотистых волос, – такая же сладкая, такая же липкая.
– Ну вы и извращенцы! – воскликнула Алла.
– А ты чем лучше? – ухмыльнувшись, спросил Андрей.
– С кем поведешься, – вздохнув, улыбнулась в ответ Алла.
Она вначале была в шоке от их любви втроем, но вскоре стала считать такой любовный треугольник даже забавным.
– Мы ведь никому не причиняем зла и очень счастливы вместе, – успокаивала свою совесть Алла, по-своему очень привязавшись к Карамельке.
– Алла, ты поосторожнее с моей Даночкой, ладно? – предупредил ее как-то раз Андрей. – Не порань мою девочку. Ты понимаешь, о чем я?
– Конечно, дорогой! – рассмеялась Алла. – Поверь, я не намерена лишать невинности твою бесценную сестру.
Присутствие Даны в жизни и постели влюбленных добавило новые пряные, сладковато-острые нотки их взаимоотношениям, еще крепче связав воедино эту троицу.
– Когда же ты повзрослеешь, Карамелька? – спросил Андрей, с нежностью глядя в прозрачные голубые глаза сестры. – Тебе уже исполнилось восемнадцать, а ты все еще ведешь себя, как ребенок. Пора заканчивать со своими девчачьими розовыми штучками! Начни встречаться с парнями…
– Не хочу, – надув губки, капризно ответила Дана.
– Почему? Попробуй хотя бы! – настаивал Андрей. – Это же не нормально все время проводить в постели родного брата и его девушки!
– Ты меня выгоняешь? И ты, Аллочка, тоже? – с полными слез глазами спросила Дана.
– Ну что ты, Карамелька?! Я лишь хочу, чтобы ты начала жить своей жизнью, а не нашей, – обняв ее, сказал Андрей.
– Мы очень любим тебя, Карамелька, но Андрей прав, – обняв девушку со своей стороны, произнесла Алла.
– Но вы и есть моя жизнь! Я никого больше не люблю и не хочу! – все-таки расплакалась Дана, поочередно целуя то Андрея, то Аллу.
Они обреченно переглянулись и рассмеялись. Ну что с ней поделаешь. Остается только ждать, пока девчонка не подрастет и не перебесится!
У Даны была странная склонность держать Аллу за руку, когда та занималась любовью с Андреем. Она словно впитывала атомную энергию их чувственности и сама ею заряжалась.
