– Папочка, возьми меня с собой в Москву! – начала ныть, как в детстве, Алла. – Ну, пожалуйста! Я бы пожила у тебя…
– Это исключено! – резко прервал ее Тимур. – Аллочка, я человек занятой, часто уезжаю по делам, да и вообще…
– А что за бизнес у тебя, папочка? Я у мамы спрашивала, а она говорит, что не знает, но я думаю, она врет. Так чем ты занимаешься? – спросила Аллочка, в упор глядя отцу в глаза.
Тимуру тяжело было вынести ее чистый, прямой взгляд, требующий честного ответа. Вздохнув, он уклончиво ответил:
– Да так, ничего особенного. Перевозки, купи-продай, ну, в общем, я занимаюсь тем же, чем и вся страна.
Тимур под страхом смерти не сказал бы дочери, что на самом деле работает на бандитов и занимается перевозкой и продажей оружия. Из-за него Аллочка чуть не пострадала и он справедливо винил во всем именно себя. Чудо, что девочка такая смышленая и спортивная! У его приятеля братки из конкурирующей группировки похитили сына. Бедного мальчика пытали несколько дней, а затем задушили. Его тело нашли лишь спустя полгода в лесополосе с полиэтиленовым мешком на голове. Нет, ни в коем случае Аллочке нельзя возвращаться в Москву. Чем дальше она будет от него и его дел, тем лучше!
– Я знаешь что подумал, может, тебе поехать в Казань к бабушке Рае? Ты в прошлый раз была в Казани еще совсем маленькой. Сколько тебе тогда было? Шесть или семь годиков. Поедешь? – предложил Тимур, вспомнив, что и сам не видел мать более трех лет. – Там есть музучилище и консерватория, а бабушка Рая, наверняка, поможет тебе усовершенствовать технику игры на фортепиано. Не зря ведь она всю жизнь проработала в музыкальной школе?! У нее в гостиной стоит огромный старый рояль, ты представляешь? Ты, наверное его не помнишь?
– Не-а! Так, что, у бабушки есть настоящий рояль? Круто! – воскликнула Алла, взвизгнув и захлопав в ладоши. – Конечно же, я поеду в Казань. Но я по маме соскучилась, да и по Володе…
– Как он, кстати, не обижает тебя? – нахмурившись при упоминании имени своего соперника, второго мужа Ларисы, спросил Тимур.
– Нет, что ты?! Он классный! Мы с Володей сразу стали друзьями. Знаешь, мне с мамой ладить намного труднее. Вечно зудит и всем недовольна, – улыбнулась Алла, понимая, что папа ревнует маму к ее нынешнему мужу. – Папа, почему вы расстались с мамой? Мне тебя так не хватало…
– Да я бы вас с мамой никогда в жизни не бросил! – горячо воскликнул Тимур. – Но, понимаешь, так сложилась жизнь. Мое НИИ в начале 90-х разогнали, а кому нужен ученый, к тому же физик? Я остался без работы, денег нет, Лариса стала нервной, устраивала истерики на ровном месте, а потом встретила своего музыканта. Уж у него-то бабки всегда водились. Вот она и ушла от меня…
– Да, ладно тебе, папочка, не переживай! – как котенок, прижавшись к руке Тимура, сказала Алла. – Мама с Володей счастлива, а ты тоже найди себе кого-нибудь. Ты у меня ведь такой красивый!
Тимур действительно был видным мужчиной. Это от него Аллочка унаследовала черные, как огоньки, горящие, выразительные глаза и чувственные яркие губы, а также «фамильную» ямочку на подбородке. Вот только, в отличие от смуглокожего отца, Алла имела нежный, бело-розовый оттенок кожи, к тому же она не была жгучей брюнеткой, как Тимур. Крупные каштановые локоны до плеч очень ей шли и напоминали светлые кудри ее матери. Для своих шестнадцати лет Алла выглядела слишком взрослой девушкой за счет прекрасно сформировавшейся женственной фигуры, высокого роста и абсолютной уверенности в себе, своей неотразимой красоте и правильности собственной точки зрения. С ней невозможно было спорить, командовать ею или воспитывать традиционными методами, к которым прибегают при общении с подростками. Она или молчала, упрямо сжав кулаки и губы, либо начинала огрызаться, доводя до отчаяния учителей, но хуже всего приходилось ее матери.
Лариса, конечно же, любила свою дочь и заботилась о ней, но в глубине души считала ее неуправляемой маленькой мерзавкой, которая нарочно все делает ей назло. Вначале Лариса думала, что дочь недовольна отчимом, но с Володей они как-раз очень быстро нашли общий язык. Тогда, сама того не осознавая, она начала ревновать мужа к дочери. Ведь конкуренция явно не в пользу тридцативосьмилетней Ларисы! Да и не очень-то приятно, когда считаешь себя молодой женщиной, а взрослая рослая девица называет тебя мамой. Под благовидным предлогом спровадив дочь к своей родне в Таганрог, Лариса выдохнула с облегчением, решив, что так всем будет лучше!
Зато для папы Алла всегда была его любимой звездочкой, как он называл ее еще в детстве.
– Хорошо было бы, если бы еще и мама сейчас была здесь, с нами, – с тоской произнесла Алла, вспомнив детство, когда были только она, папа и мама, жизнь казалась безоблачной, а счастью не будет конца.
