Иллюзорный шанс засиял, но быстро разбился — они ушли не все, один остался. Но Лене удалось проскочить мимо — бледная, в грязной рубахе, её легко можно было спутать с призраком. Босиком по коврам, она тихо добралась до соседнего коридора. Какая же темнотища кругом! Лена ориентировалась лишь на слабый свет факелов, которые казалось вот-вот погаснут.
Что это значит? То, что она смиренно проводит дни в спальне и лишь в голове продумывает план побега? Она не может напасть на Властилиона без магии. Физически она слабее его раза в три и ему достаточно пальцем щелкнуть, чтобы она упала. Ему нравятся её жалкие попытки, чтобы отвечать на это пощечинами… Поэтому Лена перестала.
Но иногда хотелось — вцепиться зубами в его горло и кромсать, в ожидании, когда он, наконец, заткнётся.
Снова смех и Лена замерла. На этот раз звонкий и женский. Игривый, мягкий, так порой смеялась Соландж… Вспоминая о подруге сердце сжалось — Лена жила мечтой, где она снова работает в Первой библиотеке и не знает проблем и невзгод.
Она медленно подошла к источнику смеха — из приоткрытой двери впереди лился слабый свет. Лена встала рядом и прислушалась.
— Позвольте показать вам…
— … я куда способнее её…
— Можно вас коснуться…?
Мурашки пошли по коже, когда Лена услышала ненавистный голос:
— Делайте свою работу молча.
Она чуть выглянула и обомлела — на широком диване, в центре, восседал полуголый Властилион. Шнуровка штанов распущена, по крепкой груди в шрамах блуждают женские руки, а длинные волосы рассыпались на плечах. Он не отрывался от бокала золотого игристого вина, а вокруг кружилось девушек пять! Они полуголые, в прозрачных туниках и в украшениях. Красивые, как богини, с округлыми формами и льстивыми улыбками. Одна массировала плечи, другая стопы, третья и четвертая с двух сторон блуждали губами по шее, последняя играла рядом на инструменте, похожим на арфу, но издающим резкие, грубые звуки. От них Лене стало еще тревожнее.
Но хуже — когда она поймала взгляд темных глаз.
Лена сразу юркнула назад.
Сердце бешено колотилось, и она понеслась прочь. Страшно было даже оглядываться, но в спину продолжал звучать лишь женский смех…
В ту ночь Лене приснился кошмар, начавшийся как обычно сладким сном.
Виктор мягко касался её волос, гладил кожу, шептал слова о любви.
А потом его шепот сменился рыком — Властилион схватил за горло и впился в него зубами.
В следующий миг Лена уже увидела его в реальности — стащил с кровать за ногу и уронил на пол.
Лена охнула, не издав ни звука. Она уже привыкла к грубым пробуждениям и организм быстро пришел в себя после секундного помутнения в глазах. Быстро вскочила на ноги, не желая оказаться в ногах мага раньше положенного.
— Хорошо спалось? — спросил Властилион.
Сегодня он был растрепан и не заплел волосы, отчего Лена сглотнула — совсем как вчера.
Невозможно было стереть это из памяти. Лучше бы Лена сидела здесь, а не блуждала по коридорам.
— Отвечай, — приказал Властилион, встав напротив.
От него пахло выпивкой — да он пьяный! Лена в ужасе отрицательно замотала головой.
— Послушные пленницу не лгут, — отчеканил он и взмахнул рукой.
Он не коснулся Лены — пощечину отвесил воздух, она покачнулась и упала. Быстро встала — удар был легкий, как шлепок, но она уже чувствовала закипающую ярость напротив. Несмотря на то, что Властилион улыбался — он гневался, Лена это чувствовала.
— Или, может, ты ходишь во сне?
Властилион видел её тогда.
Есть ли смысл отпираться?
Лена снова мотнула головой. Получила довольную усмешку.
— Тогда что?
Лена чувствовала себя идиоткой, указывая в свой рот. Он же знает! Но хмыкает, будто действительно забыл:
— Точно, как жаль, ты ведь не можешь ответить. Хотя я могу сделать так…
Касается своего кольца. Лена, переполненная возбуждением, открывает рот, но не издает ни звука. Властилион смеется.
Опять издевка! Лена бросает злой взгляд и получает насмешливое:
— Я не люблю болтливых девиц. Ты же знаешь.
Лена покраснела — она не хотела ничего видеть. Ни полуголого мужчину, ни таких же кружащих вокруг него девушек.
До этого она и не думала, что Властилион с кем-то спит, что он… Подобно простому мужчине нуждается в женщине. Он казался холодной крепостью, а сейчас открылся с другой стороны.
Властилион оказался рядом и Лене пришлось вжаться в стену, но и это не спало от его стремительного приближения. Усмешка пропала, остался лишь огонь в глазах.
Сейчас он ударит меня, пульсировала мысль в голове и Лена дрожала, боясь боли. Она не успела к ней привыкнуть.
— Тебе одиноко здесь, да? — спросил он, голос приобрел гадкие, елейные ноты.
Отчего Лену пробило неожиданное дежавю — также с ней любил разговаривать Гилберт.
Понятно, у кого учился…
— Конечно, одиноко, — сам ответил маг. — Особенно после того, как тебя разлучили с тем генералом…
Грубые пальцы сжали подбородок. Властилион начал притягивать её к себе и Лене пришлось встать на цыпочки. Как он смеет говорить о Викторе! Злоба сдавила грудь, но Лена не могла ответить.
