Храм Упокоения, так назвал его принц. Он поражал размерами и был больше любого дворца в столице и в Императорском дворе. По размерам он мог посоперничать только с Академией. Величественный и возвышенный, он наблюдал за всем свысока и его золотистый купол поблескивал от первых лучей солнца. Белоснежные колонны, стройные и изящные, неумолимо тянулись ввысь, будто пытаясь достать до неба. Тишину вокруг нарушило лишь ржание лошадей и шаги по дорожке из кварца. Люди, покидающие кареты, бросали на них заинтересованные взгляд.
Принц взял её под руку — они прибыли не самыми первыми, поэтому из храма слышались голоса. Тихие и спокойные, напоминающие Лене храмы в её мире. Там тоже, казалось, за любое повышение голоса неодобрительно посмотрят, и тишина нарушалась лишь молитвами, да колокольным звоном.
— Не бойся никого, — шепнул Вейлор. — Ты — моя невеста.
Поверить бы в это!
Они прошли в храм, где их встретили резким молчанием. Лена поразилась высотой потолка — с улицы здание храма могло вместить в себя этажей десять, но тут лишь пустота. Она видела изнанку купола и множество надписей, тянущихся по стенам ввысь. Какое же тут будет громкое эхо, подумала Лена, сдержав желание это проверить.
Она опустила голову, встречаясь с десятками глаз. Они изучали её, видели впервые, а Лена старалась выдержать их давление. Все они были в черном — мужчины в балдахинах, женщины в чем-то похожим на домашние халаты. Украшения на них были серебряные, никто не позволил себе золото. Отличие императорской семьи, вспомнила Лена. И видела, как задерживают взгляд на её блестящем обруче. Зеленые камни точно выделялись посреди черных одежд и белых стен храма.
— Рад видеть вас добром здравии, жители империи! — неожиданно произнес Вейлор. — Мой отец будет помнить о вашей любви и уважении даже в небе, около Всевышнего Солнца.
Любопытные господа тут же спохватились и склонили головы. Между них вперед прошел мужчина — он единственный был в белой мантии, седой и старый, один его глаз был почти затянут белой пеленой.
— Ваше Высочество, — поклонил он голову быстро. — Все приготовления готовы. Когда велите начинать?
— Я сообщу. Надо подождать еще немного — собрались не все.
Внутри храма было достаточно места, чтобы вместить в себя добрую сотню человек. А в центре, на возвышенном белом камне, стоял золотой гроб, накрытый черным полотном.
Лена еле сдержалась, чтобы не скривиться. От отвращения к самой себе, а не телу внутри. Этот мужчина погиб частично по её вине, а она пришла на его похороны под руку с его сыном! Вероятно, об этом и судачили вокруг… Каждый шепот Лена воспринимала на своей счет, каждый мимолетный взгляд. Ладони вспотели. Лена вспоминала мероприятия, вечеринки, на которых она быстро становилась невидимкой. Сидела где-то в углу и никому не было до нее дела. Здесь же все настолько наоборот, что хотелось провалиться сквозь землю и там и остаться!
Принц Вейлор вел её под руку, здороваясь с каждым и представляя её. Лена терялась в именах и лицах, старалась не смотреть на них, боясь увидеть презрение. Соболезнование выражали Принцу, а ей кланялись, но нехотя. Она тут чужая, понимала Лена. И если Вейлор уйдет, то что ей делать? Тут прятаться негде, все как на ладони.
— Первые маги! — громко шепнул кто-то.
Вейлор и Лена обернулись к дверям.
Властилион, с заплетенными в хвост волосами и в черном дублетом, вел под руку леди Аурелию. Она связала свои пышные золотые волосы в несколько кос, что свернула пучком на затылке. На щеках блестели золотые стразы, но кроме этого и волос, никакого золота на ней не было. Платье было скромным, в пол и закрывало все её тело, даже горло. Лена прижала руку к своему горлу — их платья были в одном стиле. Глаза магессы быстро нашли её, но губы не тронула ухмылка. Наоборот — её рот был сжал так плотно, будто бы его сшили.
— Пора начинать, — вздохнул Вейлор.
— Вы оставите меня? — спросила Лена, сразу покорив себя за детский страх. Неужели она не сможет постоять одна? Принц не обязан ходить с ней за ручку вечно.
Вейлор мягко ей улыбнулся и повел куда-то вглубь толпы. Там, около столов с прохладными напитками, стояла небольшая компания девушек, что сразу заметила их и склонили головы. А центре них стояла девушка, чье темное платье поблескивало от золотых линий на нем…
Она обернулась и её мелодичный голос напомнил звон колокольчиков:
— Вейлор, брат!
Она встала на носочки, чтобы поцеловать Вейлор в щеку, а потом повернулась к Лене.
— Как вы прекрасны — слухи не врали, — улыбнулась она.
— Хелен, познакомься с моей младшей сестрой Александрит Второй. Я ей много о тебе рассказывал, — представил их Вейлор.
Александрит сделала реверанс. Они с Вейлором были очень похожи, но если принц внешностью напоминал греческую статую, то его сестра — нежный цветок. Миловидная, почти кукольная внешность и кожа бледная, как полотно. Она отличалась от загорелого Вейлора не только этим — если один глаз её был розового цвета, как у брата, то второй голубой, цвета морской волны.
— Рада познакомиться, леди, — кивнула Лена.
