– Демон. – Ханна обхватила себя руками, дрожа от страшных воспоминаний. – Он велел мне отправляться в Ивасленд и закончить их устройство. Он рассказал, как это сделать. И добавил, что если я не последую его указаниям, он меня уничтожит. – В её памяти снова всплыло видение Тёмного Осколка, словно зияющий кошмар, который никогда не померкнет.
– Значит, ты это сделала. – Голос Руна был пустым. Отстранённым.
– Я это сделала. – Голос Ханны тоже стал пустым, словно больше не повиновался ей. – Я отправилась в Ивасленд и дала их учёным последнюю часть мозаики, а потом сбежала, потому что знала, что Абигайл и Болдрик собираются меня убить.
– Тебе следовало сначала вернуться сюда, – сказал Рун. – Прежде чем отправляться в Ивасленд.
Ханна уставилась на него.
– Мы бы вместе придумали, что делать. К тому времени я уже вызвал Разрушительницу Тьмы. Она бы тебе помогла.
Ханна в этом очень сомневалась.
– Я хотела прийти сюда, – ответила она. – Я знала, что ты мне поможешь. – Ложь. Она хотела вернуться к Надин. Но Руну будет приятно это услышать.
– Почему же не пришла?
– Я пыталась, хотела отправиться в Бринк, но потом увидела его. Почувствовала его. – Ханна вздрогнула. – Демона.
По телу Руна тоже пробежала лёгкая дрожь.
– Я знала, что если сейчас же не исполню его указания, он придёт за мной. Знала, что он убьёт меня. – Могло произойти и кое-что похуже, но Ханна не могла рассказать обо всём Руну, хотя и нуждалась в его сочувствии. – Но теперь всё кончено. Нет смысла рассуждать, что мне следовало сделать, ведь я ничего не могу изменить. Я сделала единственное, что могло спасти мне жизнь, чтобы вернуться сюда, выйти за тебя замуж и сокрушить Ивасленд. Возможно, после этого война закончится навсегда. Я совершила это ради мира.
Воцарилась тишина, которую нарушали лишь плеск воды в фонтане и стон ветра за окном. Обычно в поведении Руна не было ничего непредсказуемого, потому что он всегда делал всё то, что могло пойти на пользу стране, но в этот раз Ханна не была уверена, как он отреагирует. Она заставила его поверить, что он ей нужен, но они всегда были врагами. Даже теперь они сражались по разную сторону: просто Рун об этом ещё не знал.
Но в Руне что-то изменилось. Его словно придавили горе, гнев и другие чувства. Ведь теперь он был королём.
Через несколько мгновений Рун подошёл к ней. Его лицо было свирепым и решительным.
– Расскажи, что случилось с тобой в Ивасленде. Расскажи, что они с тобой сделали.
Ханна сообщила о встрече с Абигайл и Болдриком, о том, как они скрывали устройство от собственного народа, и о том, как она каждую минуту опасалась за свою жизнь.
– Если бы они узнали, кто я, – дрожащим голосом сказала Ханна, – то сразу бы меня убили.
Рун задумчиво кивнул.
– Но мне удалось выкрасть чертежи устройства, – добавила Ханна. – Это не помешает им создать другие, но, возможно, схемы окажутся нам полезными. Возможно, если мы узнаем, как сделаны и как управляются эти устройства, нам удастся смягчить последствия следующей атаки. Я бы сразу показала тебе чертежи, но я так боялась.
– Возможно, они нам помогут. – Усталость и разочарование не сходили с лица Руна, но гнева больше не было. Ханне удалось его завоевать.
– Абигайл и Болдрик убили бы меня, – напомнила Ханна. – У них почти получилось, но я успела сбежать.
– А потом они пришли, чтобы разрушить наш союз.
– Да, – прошептала Ханна. – Они пытались помешать нашей свадьбе, подбросив устройство в Смолл-Маунтин. Они хотят, чтобы зимой мы умерли от голода. И они собираются уничтожить другие центры производства, такие, как Силвер-Сан.
Рун стиснул зубы, и Ханна поняла, что он принял решение.
– Мы уничтожим их, Ханна. За то, что они сделали с тобой. Со мной. С нашими королевствами. Я приведу их правителей к тебе, и вместе мы покончим с этой войной. Наш союз важнее всего.
Уголки губ Ханны приподнялись в улыбке. Возможно, при разумном применении честность не такое уж и плохое качество.
Полночь.
Рун уже несколько часов пытался заснуть, но у него ничего не получалось. Он проваливался в сон, разум затуманивался, а мысли начинали разбегаться, но потом юноша вновь возвращался к реальности: он стал королём, скоро начнётся война, а он совершенно к ней не готов. Сердце тут же пропускало удар, принц вставал, и только после нескольких глотков вина волнение проходило.
Конечно, Рун переживал, что утром будет страдать от похмелья. Именно тогда, когда ему предстоит вести армию в бой. Отец пришёл бы в ужас. И стоило Руну подумать об этом, как бессонница вновь возвращалась к нему.
К полуночи это повторилось уже три раза, а потом юноша наконец-то начал засыпать. Внезапно что-то с грохотом ударилось о дверь балкона.
Рун вскочил и потянулся к мечу, но тут же запутался в простынях.
Торопиться не было нужды. В комнату вошла Разрушительница Тьмы – тёмный силуэт с широко раскрытыми крыльями. От неё исходил омерзительный запах. Она сердито посмотрела на Руна, который валялся на полу, полуодетый.
