– Эй, эй, Ким! Мы тут почти месяц бьёмся, как океанский прибой о камни Кри, а ты хочешь оставить нас с носом?!
Она снова забарабанила ему в грудь, на этот раз кулачками и довольно чувствительно, а потом, схватив крепко за руку, потащила в сторону лифта. На этот раз феерическую картину подземного бассейна дополняла ни на что не похожая музыка. Он завертел головой пытаясь понять откуда льются эти волшебные звуки.
– Это музыка моей родины, моей Цирры. Слышишь? Это не просто музыка. В ней шум прибоя, свист ветра в скалах, шорох паруса экранолёта, шелест листьев вечно плачущих деревьев кахо, щебет птиц… Я люблю эту музыку, сразу вспоминается дом, родители, брат, моя школа…
– Знаешь, мне она тоже безумно нравится, но больше всего мне нравятся некоторые циррянки…
Он не успел договорить до конца, потому что от неожиданно сильного толчка неуклюже плюхнулся в воду, подняв целый столб брызг.
– Поберегись! – вскричала она и, грациозно разбежавшись, вонзилась почти без всплеска в успокоившуюся гладь воды. Они дурачились и плескались, забыв про усталость, подкалывали друг друга, иногда замирали, слушая чарующую музыку. В один из таких моментов Ласа вдруг обвила его шею руками и, целуя, прижалась к нему всем телом. Они медленно погружались в глубь бассейна… И тут девушка, неожиданно сильно оттолкнув Кима, пробкой выскочила на поверхность и, хлопая ладонями по взбурлённой воде, закричала во всю силу своих лёгких:
– Ким!!! Есть решение! Мы тебя расколем, Кимушка!
Парень проморгавшись от брызг, оторопело смотрел на неё и удивлялся такому резкому повороту в настроении медноволосой красавицы.
– Нет, Ким, – засмеялась она, – я не сошла с ума, как ты, наверно, подумал. Просто, когда мозг заряжен на решение какой-то трудной задачи, то постоянно работает в этом направлении независимо от моей воли, понимаешь?
Видя, что парень по-прежнему удивлённо на неё таращится, она рассмеялась.
– Пойдём, пока будем сушиться, я тебе всё объясню.
Они улеглись рядом под воздушно-ароматический душ,
