— Нет, Гиви, в международные дела я не лезу. Боюсь, что она из Интерпола, по-русски говорит, как мы с тобой. Тут можно и погоны потерять. Ты с авторитетами не связывайся, за такие бумаги много бабла возьмут. Возьми беспредельщиков, пацанам пару тысяч дашь, они эту тётку вместе с документами зароют.
— Давай адрэс.
— Нет, Гиви, я просто так не даю.
— Сколко просэш?
— Тонны две зелёных.
— Слюшай, это же дорого.
— Тогда плати лимон.
— Я сэйчас приеду, привэзу. Готов адрэс.
Утром в номер, где жила Ася постучали.
— Войдите, — крикнула Ася, прихорашиваясь в ванной.
Зашёл коллега.
— Ася, машина уже прибыла, пора ехать.
— Сейчас, сейчас, Жульен, через минуту я буду готова. Если вам не трудно, возьмите мой доклад, положите его к себе. Мне с этой папкой неудобно таскаться.
Жульен взял со стола папку и положил к себе в портфель.
Выступить с докладом Асе в этот день не довелось, — план конференции был изменён. Вначале посетили клинику, гостям показали Москву, а затем — пышное русское застолье. Когда Ася вернулась в номер, то обнаружила, что все её вещи были перевёрнуты. Кто-то что-то искал. И тут она вспомнила начальника милиции и его предложение воспользоваться услугами бандитов. Она посмотрела в чемодан, бумаг не было. Расстроенная, она вышла на улицу. Пройдя немного, заметила, что её преследует какой-то мужчина. Она вернулась в гостиницу. А, может, показалось, подумала она. Постояв немного, она решила снова выйти. Через стеклянную дверь увидела, что возле машины стоят двое: один из них был тот, что её преследовал. Она подошла к дежурному.
— Скажите, я могу поговорить с администратором? — спросила она.
— Одну минуту, мадам. — И тут же получила ответ, — Мадам, директор вас ждёт.
Ася изложила директору суть дела. Директор был явно взволнован.
— Что у Вас похитили, мадам?
— Кое-какие бумаги.
— Мы приносим Вам извинения. На время пребывания Вас в Москве мы можем предложить частную охрану.
— Да, я согласна.
Директор набрал номер: — Требуется охрана, — сказал он. В трубке что-то ответили.
— Нет, личная охрана, — продолжил директор. — Не знаю, на какой срок, мадам сама скажет. Мадам из Франции. Хорошо, она сейчас прибудет.
— Сейчас вам вызовут такси, — сказал он Асе. — Поезжайте в охранную фирму, тут рядом. Простые формальности, надо будет подписать договор.
В кабинет Бурцева зашел Васин.
— Василий Петрович, звонил наш постоянный клиент из гостиницы. Француженка охрану просит. А у меня все люди заняты. Что делать будем?
— Что, французы боятся по Москве ходить? А ты бы сказал, что у нас медведи по улицам не бродят. Возьми Жургина.
— Так ты же ему приказал куда-то ехать.
— Передай, пусть отложит поездку. А, как освободятся люди, заменим. Скажи ему, чтобы ко мне зашёл.
Запищал селектор. Бурцев нажал кнопку.
— К вам мадам Турене из Франции, — сказала секретарша.
— Проси.
Открылась дверь кабинета и в сопровождении секретарши зашла элегантно одетая женщина. Бурцев привстал, вышел ей навстречу и остолбенел, приоткрыв чуть рот.
— Ася?! — прошептал он, боясь ошибиться.
— Вася! — протяжно вскрикнула она, протянула к нему руки, и обмякла в его объятиях. Он прижал её к себе.
— Воды! — крикнул он секретарше. Асю усадил на диван, и только холодные капли воды привели её в чувства. После нескольких глотков она пришла в себя.
— А я, глупец, тебя уже и похоронил, — сказал Бурцев, глядя ей в глаза.
— Я тоже считала, что тебя нет в живых.
— Откуда ты, и почему Франция?
Ася рассказала, как попала в плен и почему оказалась во Франции.
— А как же ты выжил?
— А я тогда выполз из палатки. Оглянулся, смотрю палатки в клочья.
— Ты женат? Семья есть?
— Жены нет, семьи нет. Вот эта фирма вся моя родня.
— Нет, Васенька, у тебя ещё сын есть — Сашей зовут. Красивый, весь в тебя.
Зашёл Васин, за ним Жургин. Васин обалдевшими глазами смотрел то на Асю, то на Бурцева, абсолютно потеряв дар речи.
— Вызывали, Василий Петрович? — спросил Жургин.
— О, Жургин, — сказала Ася, — а ну-ка, подними рубашку.
— Не понял, — сказал Жургин.
— Что ты не понял, — толкнул его в плечо Васин, — тебе говорят, стало быть, поднимай.
Жургин поднял рубаху и оголил живот, Ася посмотрела на рубец, а затем похлопала по животу.
— Хорошо заштопала.
— А ты что, Олег, не узнал? — сказал, уже полностью пришедший в себя, Васин. —
Это же твоя вторая мама, она же тебе операцию делала, жизнь тебе спасла.
— Ася что ли? — Жургин захлопал своими большими ресницами.
— Да, она, — ответил Бурцев.
— А Зоя говорила, что она погибла в Афгане.
— Как видишь, жива.
— А мы с Зойкой как в церковь пойдём, она сразу к прямоугольному столику: свечку за Асю, поставит, прочитает молитву за упокой и благодарит за моё спасание.
— Смешно говоришь, — сказал Бурцев, — треугольные, что ли столы есть?
— Ну, почему? Круглые столы есть. — Жургин снова захлопал ресницами.
— Васенька, да ты что? — сказала Ася, — в церкви ни разу не был?
— Нет, не был. Боюсь, что Господь не примет мою молитву. Грехов много.
— Примет, — сказала Ася. — Придётся тебя, Василёк, в церковь сводить — хоть под венец что ли!
Бурцев как стоял, так и упал на колени.
