Как часто, даже когда надежда казалась ему уже плохо замаскированным самообманом, Разведчик рисовал себе, какая охватит его радость, какой это будет для него праздник, когда появится наконец эта ракета с запасом топлива. Сколько вариантов того, как придет к нему эта долгожданная минута, проходило перед его мысленным взором — в том числе и таких, которые совсем не радовали, а то и вовсе идиотских, вроде того, что вот появилась долгожданная ракета, а он не поверил этому да так и остался на планете до конца дней своих. Действительно, идиотизм, но кто знает, до какого состояния он дошел бы, если бы пришлось еще ждать и ждать.
И вот теперь он знал точно — ракета тут, однако вместо безудержного ликования его наполняло одно лишь чувство нетерпения.
Он резко встал. В его распоряжении еще около полутора суток, но и дел было сверх головы — ведь нужно все подготовить. Чем же следует заняться в первую очередь? Он опять сел, развернулся вместе с вращающимся креслом влево так, чтобы иметь прямо перед глазами пульт с главными контрольными приборами. И снова бросил взгляд на экран, где какое-то время спустя, когда он уже совершит прыжок через пространство, засветятся пять зеленых точек и два оранжевых кружка, а рядом с экраном, по красной ленте счетчика, побегут, сменяя друг друга, цифры, показывающие расстояние: 303, 302, 301, 300, 2VV, 2VX, 2V9, 2V8… Его левая рука легла на клавиатуру проверки состояния агрегатов. Клавишей было шесть — по одной на каждый палец.
Разведчик смотрел то на участок контрольного пульта, служащий для управления гравитационными машинами, то на экран локатора, где было уже заметно, что красный треугольник движется. Прошло более двух суток с того момента, как он появился там, на экране. Теперь в соответствии с программой ракета перешла на околопланетную круговую орбиту. Незапрограммированным было только то, что она оставалась на этой орбите и не прореагировала на команду о посадке, которую дал ей Разведчик. Ракета на орбите вообще не подчинилась ни одной из многочисленных команд Разведчика, переданных ей по радио в течение последних часов.
Однако по сравнению с тем фактом, что ракета все же появилась, ее "непослушание" представлялось всего лишь незначительным инцидентом, заурядной трудностью, которую нужно и можно преодолеть.
В эту ночь Разведчик спал недолго, но зато спокойно и, кажется, снова видел сон. Только теперь это было неважно — ведь скоро он не во сне, а наяву увидит свой город и над ним небо, на котором сияют два солнца.
Туда были направлены в прошедшую ночь все его мысли. Он обдумал все возможные случайности и приготовился к ним. Опоздание ракеты и поломка ее сигнального устройства — все это явные следствия какой-то аварии, так что следует ожидать, что и другие ее рабочие узлы могут оказаться поврежденными.
Щелчок тумблера — и на экране появились схематичные изображения планеты и орбиты ракеты. Она проходила почти точно над кораблем Разведчика, и это упрощало задачу. Все было подготовлено, вычислено и выверено, следовало только включить гравитационные машины.
Когда ракета вновь появилась над горизонтом, мощный пучок направленной гравитации захватил ее. На экране было видно, как ее орбита все больше сближается с двумя дугами, одна из которых обозначала поверхность планеты, а другая — границу слоя атмосферы, в котором должно будет проходить торможение.
Двигатели ракеты не оказали никакого сопротивления — ведь в конечном-то счете генераторы гравитации намного сильнее и без труда справились бы с ними. Искусственные поля тяготения как бы всосали в себя ракету.
Целенаправленная автоматика вела силовое поле, окружившее снижавшуюся ракету, в то время как второй гравитационный пучок, прочно удерживавший корабль Разведчика, опирался на всю массу планеты. За мгновение до того, как ракете исчезнуть за горизонтом, окружавшее ее поле было отключено, а затем — тоже автоматически — отключилось и опорное поле. На экране появилась новая тонкая линия в виде вытянутого эллипса. Вблизи надира она высоко поднималась над прежней круговой орбитой, в то время как на стороне Разведчика резко падала вниз, врезалась в атмосферу.
При такой эксцентрической орбите должно пройти какое-то время, прежде чем ракета вновь появится в зоне видимости и можно будет провести вторую и заключительную — часть маневра. Теперь Разведчику нужно было потерпеть совсем короткое время, казавшееся ему, однако, бесконечным.
Гравитационные машины, расположенные в обоих концах звездолета, поджидали нового появления ракеты, чтобы окончательно притянуть ее к поверхности планеты, а затем — потом, позже — выполнить и основную задачу; на поле искусственного тяготения и поле антитяготения вынести корабль в открытый космос и довести затем ускорение до такой величины, чтобы можно было включить гиперпространственный двигатель, чьи девять шаровидных трансдимензионаторов опоясывали приплюснутый корпус звездолета.
