Разведчик полностью

Как будто взбесившись при заходе под мрачную тень планеты, небольшой корабль-челнок межзвёздной разведки взбрыкнул при сбое устройства вычислительного торможения и внезапно неудачно столкнулся с крупным метеоритом. Нос корпуса выдержал удар, но челнок на долю мгновения отклонило, и в сопло врезался другой метеорит, на этот раз гораздо больший первого. Потеряв управляемость, челнок свалился в атмосферу планеты. Нагоняемый и обгоняемый тем же метеоритом, - как тот, покрываемый плащом из жёлтого пламени, корабль-челнок понёсся навстречу толще свинцово-серых туч, которая часто пронзалась бичами изломанных молний.

Молнии, казалось, бесновались в неистовстве и с яростью набросились на корабль, принялись нещадно хлестать по хвосту яркого пламени, который он протаскивал сквозь тучи. Наконец, следом за метеоритом он вырвался из кромешной мглы, вместе с ним взорвал мрачное бушующее море, тоже почти к брюхам туч взметнул столб воды и пара.

Прежде чем корабль поглотила морская пучина, из водного столба выскользнула отстреленная от корабля серебристая головка. Она, как брошенный плоский камень, несколько раз подпрыгнула от гребней мечущихся волн, пока её не накрыло в зеве набегающей навстречу и будто самой злобной средь них...

... Приходя в себя, Иван был ещё во власти отрывочных воспоминаний о ночном происшествии. Он испытывал ощущение неудобства от того, как лежал на выступе скалы: его тело придавливало вывернутую за спину и упрятанную в тёплый рукав дополнительных мышц правую руку. Росло желание повернуться на спину, высвободить руку, которая затекла в плече. Что он и сделал. Приоткрыл глаза он вовремя; сразу увидел разрастающееся черное пятно летящего ящера, который беззвучно и стремительно падал сверху. Отработанным, почти бессознательным движением он встряхнул запаянный вкруг левого запястья бледно-изумрудного цвета браслет, и “призрак” слабой вспышкой бросил навстречу ящеру фантом, точное подобие Ивана. Хищник в падении зубами и когтями рванулся к фантому, пролетел сквозь него и с жутким визгом растерянности и испуга завалился на перепончатое крыло. Успев сесть, Иван наотмашь ударил эту тварь правым кулаком под ржаво-красный глаз. Сверхпрочная перчатка кулака была частью рукава дополнительных мышц, и ящер с развороченной головой судорожно заскрёб когтями о скалу, неуклюже свалился вниз, к утробному ворчанию угрюмого моря.

Такое начало утра разом согнало остатки тяжёлой дремоты.

Море успокаивалось, тучи поднялись выше, но никаких признаков местного светила не просматривалось; оставалось только гадать о частях света и своём местонахождении. Буря лишила его спасательной яйцевидной лодки, которая ночью раскололась о прибрежный риф, а с ней утонули все средства передвижения и связи. Иван старался не думать о потерях в этом чёртовом море, которому оказалось мало дани челночным кораблём. Оно выбросило его на скалистый уступ разве что ни голым. Он попытался встать на ноги и удостоверился, что отделался только лёгкими ушибами. Главное, кости целы – избавился он от неприятного беспокойства и оправил на поясе сумку с самым необходимым походным снаряжением, единственным, что у него осталось. И всё-таки, куда его занесло?

Выбираясь за прибрежные скалы, меньше всего он рассчитывал сразу же увидеть пологий склон широкого холма и на обширной вершине, не дальше чем в полутысяче шагов от берега, монастырскую стену из бледно-серого кирпича, а за нею такого же цвета замок. Тот замок представлял собой внушительных размеров башню с вытянутым большим приделом под двускатной крышей и выглядел недавно обновлённым. Иван не дошёл и до середины пути к монастырской стене, когда из её ворот ему навстречу вышел монах и без удивления замер на месте. Закутанный в чёрный плащ, с капюшоном, который полностью скрыл голову и лицо, монах неотрывно смотрел перед собой, как если бы ожидал приглашённого гостя. Не так уж челнок и сбился с размеченного направления полёта, с облегчением решил Иван.