– Доверяю, Игорь. Слушай атмосферу, когда мы на противника выйдем, – почти шепнул Филин. – Слушай чутко. Если что, помогай. Дело серьезное. Есть что особое в арсенале?
– Чего надо, ты скажи, найду.
– Да хоть что, лишь бы заарканить этих гадов и докторшу нашу спасти.
– Я подумаю, а пока… – Гришунин вложил ему в руку финку. – Держи, земеля. Фартовая. Все подведет, а это сработает. Ну, и я помогу.
Ночная Москва – это зрелище, пожалуй, еще более грандиозное, чем она же днем. Всевозможной иллюминации в ней всегда хватало, но двадцать первый век существенно изменил подходы к энергоснабжению, появилась возможность вырабатывать на порядок больше, а тратить в сто раз меньше электричества на один источник света, поэтому об экономии почти забыли. Теперь все ограничивал предел фантазии, у которой, как известно, предела нет. Иногда казалось, что ночью перемещаешься в другую реальность, вымышленный мир, где половина всего сущего соткана из разноцветных световых нитей.
Как в таком мире существовали те, кто предпочитал не шляться или ездить по ночному городу, а спать? Они просто задергивали шторы или приказывали домашним компьютерам перевести светофильтры оконных стекол в ночной режим. Очень полезная функция. Казалось, что за окнами обычная лунная ночь. Очертания домов и деревьев, некоторые из фонарей и фары редких старых машин оставались видны, а современная световая феерия отсекалась.
Похожая система применялась в новых авто. Ветровое стекло частично фильтровало свет по умолчанию, а боковые – по желанию пассажиров. «Все во имя человека, все на благо человека».
Зимин не стал отсекать лишнее. Не так уж часто он ездил по ночной Москве пассажиром и видел ее во всех красках. Да и когда в следующий раз выпадет такой шанс? И выпадет ли вообще?
К тому же, как ни странно, световая «иллюзия иного мира» помогала думать. Каким образом? Кто ж его знает? Почему лучшие статьи Леонид написал под песни ленинградской группы «Аквариум»? Наверное, они настраивали на какую-то творческую волну. Так и сейчас буйство красок стимулировало мыслительную деятельность, притормозившую было час назад.
Час назад? Зимин вернулся в реальность. За час чекисты и пассажир могли бы доехать до Лубянки, обратно и еще раз туда. Но никаких признаков, что «Чайка» подъезжает к пункту назначения, не наблюдалось. Экипаж машины откровенно дремал, контролируя арестованного скорее с помощью «чувства локтя», чем визуально.
Поскольку «Электроника» перекочевала в карман к Андрею Михайловичу, Леонид попытался найти другой источник информации. Он попробовал взглянуть через плечо водителя на центральный бортовой экран, но увидел только его краешек с эмблемой главного производителя отечественной автоэлектроники фирмы «Радиотехника».
Если вытянуть шею, удалось бы рассмотреть больше, но смысла в этом Леонид не видел. Карта маршрута на экране не высвечивалась. Вместо нее транслировалась какая-то особая картинка. Окружающий мир показывался размыто-пятнистым, наверное, курсовые видеокамеры работали совместно с тепловизором.
