Боевой дух истинного кавказца Хаджи-Умара проявлялся уже в детстве. В семь лет он бросился с кинжалом на жандармов, которые пришли арестовывать его дядю, а подростком, по его совету, подался в июле 1918 года из пастухов в красноармейцы. В составе отряда Владикавказского Совета рабочих и солдатских депутатов он защищал город и его окрестности, а через месяц его зачислили в Горскую Красную кавалерийскую сотню 11-й армии. Там он провоевал до конца года, но заболел тифом и был оставлен отступающей 11-й армией вместе с другими ранеными и больными недалеко от ст. Прохладная. Его взял к себе местный житель, у которого Мамсуров, когда выздоровел, был батраком.
Весной 1919-го он перебрался в родные места, но, как оказалось, в селе Ольгииском расположились белые, его отец арестован, а семья выселена из дома. Хаджи-Умару удалось пробраться к партизанам, которые сражались в районе Владикавказ — Грозный. Вскоре он уже участвовал в боях и диверсиях на железной дороге, вел разведку в районах расположения частей Белой Армии, выполнял задания по связи между отдельными отрядами. Видимо именно тогда он впервые столкнулся с разведывательно-диверсионной деятельностью, которая с течением времени станет для него основной.
С приходом Красной Армии в марте 1920 года Хаджи-Умара направили в распоряжение Терской областной Чрезвычайной комиссии. В составе оперативной группы ЧК, а иногда и частей Красной Армии, он участвовал в ликвидации уцелевших ещё белогвардейских отрядов и групп. В марте же 1920 года Мамсуров вступил в комсомол и тогда же в ряды РКП(б). Через четыре месяца его направили на учебу в областную партийную школу, но, как это часто бывало в те времена, курсантов не раз снимали с учебы для участия в боях, теперь они сражались с восставшими на Тереке казаками.
По завершении курса подготовки Мамсурова назначили инструктором Владикавказского комитета РКП(б), однако и чекистскую работу он не бросал, по линии областного ЧК боролся с бандитизмом. В начале 1921 года, его направили политбойцом в эскадрон 10-й армии, которая вела бои против меньшевистских войск Грузии. Но повоевать ему пришлось недолго, в горах он сильно обморозился и попал в госпиталь, откуда вновь командирован на учебу, теперь в Москву, в Коммунистический университет трудящихся Востока им. т. Сталина.
За два с небольшим года (март 1921 — май 1923) он проходит полный курс обучения в КУТВ с отличными показателями. Хуже обстояло дело с членством в партии. Отправляясь в Москву Хаджи-Умар не взял с собой свое партийное дело и во время чистки 1921 года механически выбыл из РКП(б). Снова приняли кандидатом в её члены лишь в феврале 1923 года. Это не помешало ему в сентябре получить назначение в Ростов-на-Дону на должность начальника национальной группы окружной Военно-политической школы им. К. Е. Ворошилова. Работая на этом посту, он одновременно учился в своей школе, окончил её в августе 1924 года и вновь принят в партию.
В 1924-1933 годах, занимая должности преподавателя Национальной кавалерийской школы в Краснодаре, помвоенкома и военкома национальных кавалерийских частей в СКВО, Махачкале и Орджоникидзе, Мамсуров командовал подразделениями при ликвидации бандитизма и кулацких восстаний на Северном Кавказе, занимался хлебозаготовками, учился на Курсах усовершенствования комиссаров при Военно-политической академии в Ленинграде. В марте 1933 года командование удовлетворило неоднократные просьбы Хаджи-Умара о переводе с партийной на командную работу. Его направили в Казань, в 1-ю стрелковую дивизию им. ЦИК Татарской АССР, где он командовал сначала Отдельным кавалерийским эскадроном, а потом Отдельным разведывательным дивизионом.
Согласно положению о повышении квалификации командиров разведывательных подразделений, Мамсуров отправили в феврале 1935 года в Москву на Курсы усовершенствования по разведке при Разведупре РККА. Через восемь месяцев, по завершении учебы, его назначили командиром полка. Но к исполнению должности он так и не приступил. Видимо, во время занятий на курсах Хаджи-Умар проявил себя должным образом и поэтому его в конце концов оставили для работы в Управлении. С января 1936 года, в течение двух лет, он весьма успешно выполнял важные правительственные задания; работа секретным уполномоченным в Специальном отделении «А» (активная разведка) Разведупра РККА.
