Работу им во многом облегчили показания предателя, шифровальщика военного атташе в Оттаве И. Гузенко. Попала под подозрение сестра Фукса Кристель, которая несколько раз была замечена в контактах с неизвестным лицом.
В итоге осенью 1949 года Фукс был взят в глубокую разработку. Он это почувствовал и перестал выходить на связь.
По личному указанию премьер-министра Англии Эттли английская контрразведка приступила к интенсивным допросам Фукса. При этом его не отстраняли от работы, заставляя тем самым подвергаться еще и остракизму со стороны коллег. Ведь им сообщили, что Фукса допрашивают в связи с подозрениями в шпионаже, и многие стали сторониться его. А некоторые даже напрямик спрашивали, не шпион ли он?
До Фукса также дошли смутные слухи о предательстве, и он решил, что его подставил не кто иной, как Голд. Посчитав, что отпираться в таких условиях бессмысленно, Фукс решил смягчить свою участь чистосердечным признанием. И 13 января 1950 года признался в том, что передавал Советскому Союзу информацию по атомной бомбе.
Естественно, его арестовали, и вскоре ему было предъявлено официальное обвинение в шпионаже. Суд, состоявшийся 1 марта 1950 года, был скоротечным – все разбирательство заняло всего полтора часа. И Фукс получил четырнадцать лет заключения. Что вызвало у него вздох облегчения: ученый полагал, что его могут приговорить и к смертной казни. Однако судья учел, что американские атомные секреты он передавал не противнику, а союзнику по недавней войне.
Советская сторона, как водится в таких случаях, публично умыла руки: агентство ТАСС заявило, что никакие «агенты Советского правительства не имели к Фуксу никакого отношения».
Фуксу пришлось отсидеть девять с половиной лет, после чего он был выпущен «за примерное поведение». Случилось это 24 июня 1959 года, после Клаус Фукс сразу же уехал в Восточный Берлин, где вскоре получил гражданство ГДР.
Видимо, в тюрьме он все-таки получил какие-то известия от советской стороны, поскольку отверг предложения о работе от университетов Англии, Канады и ФРГ. Вскоре Фукс был назначен заместителем директора Института ядерной физики ГДР, женился и активно включился в общественно-политическую жизнь страны. Был избран членом Академии наук ГДР, членом ЦК СЕПГ, получил государственную премию и орден Карла Маркса.
А когда 28 февраля 1988 года Клаус Фукс умер, то был похоронен с надлежащими почестями.
Аллан Нанн Мей родился в 1912 году в Бирмингеме. Отец его неплохо зарабатывал, освоив тонкости ремесла меднолитейщика. Он даже смог послать своего сына в Кембриджский университет, обучение в котором, как известно, стоит не дешево.
Впрочем, отец знал, что делал. Вскоре успехи сына стали очевидны. Он уже в 1933 году, в возрасте 21 года, получил докторскую степень, защитив диссертацию по экспериментальной физике.
Тут надо отметить, что в начале 30-х годов в Кембридже и Оксфорде, помимо традиционных студенческих организаций, было еще и множество социалистических и коммунистических ассоциаций, объединений и групп. Быть «левым» считалось тогда среди студентов обычным делом.
И Аллан Мей к окончанию университета настолько «полевел», что даже стал членом коммунистической ячейки, в которой уже состояли будущие агенты советской разведки Ким Филби и Дональд Маклин.
Своих политических взглядов и симпатий к Советскому Союзу Мей никогда не скрывал. В 1935 году в составе группы выпускников Кембриджа и Оксфорда он посетил СССР и несколько недель провел в Ленинграде. А вернувшись в Англию, стал членом редакционного совета газеты «Scientific Worker» – печатного органа Союза научных работников, на страницах которой он рассказал о своих впечатлениях от поездки.
Все это, впрочем, не помешало молодому доктору физики не только плодотворно работать в Кембридже, но и перед самой войной получить место преподавателя в Лондонском университете.
