Последняя застава в ущелье была у небольшого, но на редкость массивного каменного моста обычной для юга Испании кладки из огромных камней. На такой мост надо израсходовать полтонны динамита, а у нас осталось не более трехсот килограммов. Осмотрев мост, Артур погрустнел. Посоветовавшись со взрывниками, он решил подорвать часть моста с края, обращенного к пропасти; другой край почти упирался в сплошную скалу. Командир заставы, очень деятельный и очень молодой, настроен оптимистично. Он считает, что если мост будет подорван, то на этих позициях можно принять бой и с превосходящими силами противника. Пока перед ним всего небольшой заслон фашистов, который разместился за мостом в каменной часовне.
— Они приходят туда вечером, а на рассвете снова уходят.
Артур спросил, думает ли командир удержать позиции силами одного своего отряда. У того на этот счет не оказалось никаких сомнений. В его распоряжении около двадцати бойцов, и все с винтовками, добавил он гордо.
— Хорошо, если бы и вы остались с нами, — попросил он улыбаясь…
— Кто у вас справа и слева?
— Наверху в горах есть еще бойцы, но это уже не мои.
— Вы уверены, что они и сейчас там?
— Днем были… — ответил командир, но уже с меньшей уверенностью.
Неожиданно он предложил нам «послушать» противника. Артур равнодушно отказался, а я, конечно, согласилась, было любопытно. Офицер пошел со мной сам. Он осторожно разобрал каменный барьерчик высотой в полметра, разграничивающий расположение воюющих сторон, и галантно пропустил меня вперед. Дорога за перегородкой была очень узкой и заваленной камнями.
Кажется, здесь ее уже кто-то пробовал ковырять. Приходилось жаться к скале, чтобы не угодить в пропасть. Через несколько шагов я нащупала вторую каменную перемычку, за ней, вглядевшись, можно было различить и часовню. Офицер сел на корточки за камнями и шепотом сказал:
— Я останусь здесь, вы не бойтесь, в случае чего я буду бросать гранаты.
— Куда?
Офицер махнул рукой в сторону часовни.
— Лучше не надо…
Подкравшись к часовне, я приложила ухо к стене. Внутри был слышен неясный ленивый разговор, какие ведутся за последней перед сном сигаретой. Окон в нашу сторону не было, и мне скоро наскучило слушать, тем более, что слов я не разбирала. Офицер все еще сидел на корточках за камнями.
— Ну, как? — спросил он с видом хозяина, доставившего гостье интересное развлечение.
— Ничего не поняла. Давайте захватим их в плен или убьем!
— Что вы! — замахал он руками. — Это можно только в бою.
— Вот и будет бой.
Офицер недовольно пожал плечами.
— Вы уйдете, а я здесь останусь расхлебывать…
Когда мы вернулись, мост уже был подготовлен к взрыву. Все отошли за ближайший поворот дороги и укрылись. Молина поджег шнур. Через минуту раздался взрыв. Хорошо, что в горах много поворотов и ниш. На ровном месте, пожалуй, укрыться от камней было бы трудно. На рассвете вернулись в Малагу, но поспать и даже поесть на этот раз не удалось. В штабе неожиданно решили оборонять город, во что бы то ни стало. Это было тем более неожиданно, что связь к утру бала потеряна почти со всеми участками. Связные штаба не возвращались, связные из частей приходили редко, и пока добирались да города, не было никакой гарантии, что они найдут свои части там, где их оставили.
Телефонная связь была только со штабом полка в окрестностях Фуэнхиролы — самом отдаленном участке фронта в направлении Марбельи — португальская граница. Там только что сменился командир, точнее сказать, прежний штаб рассеялся целиком, начальника штаба еще не назначили, а моего командира Артура Спрогиса назначили туда советником и велели немедленно выезжать в войска.
На этот раз отряд остался в казармах. Хосе сказал, что они будут в полной готовности и выедут к нам на позиции по телефонному вызову. Артур каким-то способом достал бочонок бензина и велел держать его в грузовике. Нашу машину заправили бензином полностью, да еще в багажник поставили бидон. Вопросов я задавать не стала, но быстро сообразила, чем в таких случаях надо запасаться. Мы ехали с Артуром вдвоем на легковой машине. Карманы раздулись от обойм к пистолетам, пачек печенья и бинтов. Я заметила, что в машину Артур никаких запасов не берет.
— Нет смысла, — сказал он, — Если машина не будет потеряна, мы всегда доберемся до какой-нибудь каптерки, а если ее придется бросить, то нести припасы будет некому…
Наелись мы перед отъездом до отвала — кто знает, когда еще доведется пообедать?
Дорога вьется по низкому берегу Средиземного моря. Горизонт чистый и пустынный. Радуемся, что не видно фашистских крейсеров. С другой стороны горы, которые отступают все дальше и дальше за море, оставляя место для обширной долины с невысокими холмами. Кругом тихо и совершенно безлюдно. Одинокие венты, мимо которых нам доводилось проезжать, были пусты.
