Автор — политрук взвода — рассказывает о деятельности разведки партизанской бригады имени В. И. Ленина, действовавшей в период Отечественной войны на временно оккупированной фашистами территории Витебской и Вилейской областей.
У войны свои законы. Она по-своему распоряжается судьбами людей. Так военное лихолетье распорядилось и с автором этой книги.
В первые дни оккупации территории Сиротинского (теперь Шумилинского) района М. Н. Федотов стал одним из руководителей патриотической группы. Комсомольцы и молодежь собирали оружие и боеприпасы, а вскоре установили связь с Сиротинским подпольным райкомом партии. По заданию коммунистов патриоты переписывали и распространяли сводки Совинформбюро, уничтожали связь, срывали мероприятия немецких властей, готовили молодежь для партизанской борьбы.
Весной 1942 года группа патриотов влилась в 1-й отряд 3-й Белорусской партизанской бригады. Федотов был назначен помощником комиссара отряда по комсомолу, а затем — политруком разведки. О боевой деятельности этого периода (июнь 1942 — май 1943 года) Михаил Николаевич рассказал в своей первой книге «Разведка ведет поиск», вышедшей в издательстве «Беларусь» в 1976 году. Заканчивалась она тем, что в марте 1943 года, обморозив ноги в период вражеской блокады, автор в силу чрезвычайных обстоятельств оказался вне своей бригады.
Став на ноги (в прямом смысле), он снова в рядах народных мстителей, опять политрук разведки, но уже в одном из отрядов бригады имени В. И. Ленина. Весной 1943 года бригада вынуждена была перейти в Ушачский район. Здесь она заняла оборону по левобережью Западной Двины, блокировав крупный фашистский гарнизон в поселке Улла. В конце того же года бригада вошла в состав Полоцко-Лепельского партизанского соединения под командованием Героя Советского Союза полковника В. Е. Лобанка.
Автор описывает боевые действия не с позиции командования бригады и даже отряда, а ведет рассказ как рядовой войны, партизан-разведчик. Раскрывая героизм, мужество и отвагу своих боевых товарищей, он на конкретных примерах показывает, что придавало силы партизанскому движению. Это в первую очередь — поддержка всего населения, партийное руководство всенародной борьбой, регулярная связь с Большой землей и действенная массово-политическая работа среди партизан и жителей оккупированных врагом районов. М. Н. Федотов широко освещает формы и методы политико-воспитательной работы, проводимой комиссарами, политработниками, первичными партийными и комсомольскими организациями. Очень тепло описывает взаимоотношения партизан и местного населения, которое делило с ними радость побед и горечь неудач, жило со своими защитниками одной жизнью, стремилось к одной цели — быстрее избавиться от оккупантов.
Ушли в прошлое боевые годы. Однако военная профессия навсегда наложила отпечаток на характер Михаила Николаевича. В послевоенное время он связал свою жизнь с органами правопорядка, много лет проработал в Министерстве внутренних дел республики. В последние годы, до ухода на заслуженный отдых, генерал-майор М. Н. Федотов возглавлял Белорусское управление внутренних дел на транспорте МВД СССР.
Трудно расставаться с боевыми товарищами, если с ними исходил сотни партизанских стежек-дорожек, исползал десятки километров у вражеских гарнизонов, у «железки», у тех объектов, которые надо было «колошматить» или стереть с нашей земли. Еще тяжелее и до слез обидно провожать их, когда сам не можешь идти вместе с ними. Правда, с километр, сжав зубы от боли, я все же проковылял следом. Неуемно ныли ноги, обмороженные во время блокады.
Назад шел медленно, неуклюже загребая стопами прошлогоднюю листву, кое-где уже пронзенную зелеными стрелами лесной травы. А они, мои друзья из группы Дмитрия Кистенева, — братья-разведчики Федор, Иван и Сергей Новицкие, Анатолий Медведев, Анна Павлюченко, Валентина Пашковская и еще десять человек, удачно вышедшие из блокады, спешили. Партизанская присяга, долг звали их в свою 3-ю Белорусскую бригаду. Вчера вечером прибыл связной от Аркадия Яковлевича Марченко. Комбриг знал, где расположились переждавшие блокаду партизанские группы, и вот теперь приказал явиться к месту сбора в Россонский район. Это за добрую сотню километров от наших родных мест, где мои друзья-разведчики укрывали меня после жестокой блокады в начале весны 1943 года.
Уходя, друзья махали мне руками, поднимали над головой автоматы и винтовки — прощались… А совсем недавно, когда действовали в составе бригады, такой жест означал: «Кто ты?» И хотелось теперь крикнуть им: «Да что вы, ребята, не узнаете? Я же — ваш, разведчик…»
Эх, ноги, ноги! В те невообразимо тяжелые часы вражеской блокады, когда прятался от карателей под выворотнем, казалось, все делал, чтобы спасти вас. Шевелил пальцами, напрягал мышцы, изо всей силы старался «работать» ими. Особенно, когда ночной ядреный мороз начинал прихватывать мое тело. Но не уберег ноги…
